Путь Князя (сборник)

А то, гляжу, совсем оголодал.

От подобной перспективы у Даньки екнуло сердце. Но тут в кухню ввалился Гаджет и сунул нос в холодильник.

– Ого, колбаска! – и, ухватив кусок колбасы, потянул его наружу. Но Барабанщица тут же огрела его по руке.

– Не лапай. Это подпольщику.

– Кому? – не понял Гаджет, но тут же до него дошло. – А-а, понятно… Маш, а можно я чуть-чуть, кусочек. Ну пожалуйста, есть очень хочется.

– Ох уж эти мужики, – Барабанщица закатила глаза, – только бы пожрать. Мы же в клуб идем, забыл?

– Ну и что, – заканючил Гаджет, – какая в «Топке» еда-то? Пирожные да мороженое.

А мы знаешь как проголодались, пока тут пахали. А я ему завтра еще колбасы принесу.

Барабанщица покачала головой.

– Ладно, дуй в комнату, я сама всем по бутерброду сделаю…

Бутерброды были приняты на ура всеми, кроме хозяйки, которая оказалась убежденной вегетарианкой.

– Трупоеды, – презрительно сморщив носик, фыркнула она.

После чего Кот, во все время уборки бросавший на хозяйку заинтересованные взгляды, тоже отказался от бутерброда.

В «Топке» они оказались около десяти. Народу там уже было достаточно, но, как выяснилось, Кот заранее позвонил и заказал для них секцию. Секция представляла собой отдельный столик, с трех сторон окруженный диваном с высокой спинкой. Так что образовалось вроде как отдельное купе. От танцпола секцию отделяли два ряда столиков, но зато места хватило всем.

Первые полчаса они сидели, потягивая сок и коктейли и посматривая на лениво перетаптывающийся на танцполе народ.

Впрочем, танцующих пока было еще немного. Основное действо должно было начаться ближе к полуночи. Хотя у них в секции оно стало разворачиваться гораздо раньше.

Кот принялся пушить перья перед хозяйкой, которую, как выяснилось еще во время уборки, зовут Катей. Та сначала покочевряжилась, все так же морща носик и заявляя, что не любит алкоголя и согласна только на апельсиновый фреш. После чего Немоляева тут же с ходу заявила, что жить не может без «экстази», чего раньше за ней никогда не водилось.

Наоборот, при прежних походах в «Топку» или еще какой клуб на любые намеки того же Кота она обычно вспыхивала и тихо, но непреклонно бормотала:

– Ты что, это же наркотики.

Барабанщица попыталась было что-то объяснить сестре, но та вздернула носик и отбрила ее, как по нотам, мол, «все здесь взрослые, свободные люди» и «никто никому ничего не должен». После чего Катя благосклонно разрешила Коту заказать ей «Звезды Сан-Ремо».