Ронин

– Ну что ж, поздравляю! Ты все-таки сумел меня удивить.

– Чем? – Ник, ошарашенный неожиданным выходом из медитации, потер виски.

– Ты начал движение еще до того, как я нанес удар. Даже я научился подобному только через три месяца непрерывных занятий. Ты очень способный. Хотел бы я видеть твоих потомков в наших рядах. Но не обольщайся, это только начало… А времени у нас мало.

– Почему? – Ник выжидающе посмотрел на учителя. До сих пор Андрей не объяснял ему причину, по которой начались тренировки. Каждый раз отделывался стандартной отговоркой о приказе Великого Магистра и старался перевести разговор на другую тему.

Поэтому Ник, на дух не переносивший недоговорок, старался при всяком удобном случае разузнать побольше. Но ответ был один:

– Я не знаю, Николас. Просто что-то мне подсказывает, что судьба не даст нам много времени на подготовку. Видящие уже несколько лет чувствуют угрозу, это не секрет. Твоя роль не ясна. Мне лишь известно, что мои уроки тебе пригодятся.

Нику ничего не оставалось делать, как пожимать плечами.

– Тебе виднее…

Через два месяца занятий Ник научился вполне осознанно проходить Коридор и неплохо контролировать там свои действия. Андрей явно торопился, сверх всякой меры увеличивая интенсивность тренировок. Ник с трудом справлялся со своими рабочими обязанностями и даже несколько раз получил взыскание от самого Кобаяси. Они пахали как проклятые. Андрей, как и раньше, не спешил объяснять цель тренировок, но для Ника, к исходу каждого дня едва волочившего ноги, этот вопрос уже перестал быть актуальным.

Он с головой погрузился в изучение нового для себя дела.

Андрей практически не показывал ему боевой стиль Рыцарей. Пару раз, поддавшись на уговоры Ника, он продемонстрировал несколько движений. Увы, для того чтобы их повторить, Нику не хватало ни гибкости суставов, ни силы мышц. Ведь несмотря на всю свою одаренность и подготовку, он не имел необходимых модификаций. Впрочем, как говорил когда-то его первый учитель, у каждого мастера свой, индивидуальный стиль.

Андрей, подумав, согласился с мнением покойного мастера и посоветовал больше импровизировать, создавать что-то свое. Николас опечалился, по его мнению, до такой ступени мастерства он еще не дорос. Создавать свое может лишь тот, кто досконально изучил основополагающие принципы.

Через месяц Андрей впервые обратился к нему с поручением. Прервав на половине очередное занятие, он вытащил из-за пазухи тонкий бумажный конверт.