Русские не сдаются!

Это уже бывший инженер сам себе потом всякого напридумывал… Так что все обиды были, по большому счету, глупостью. Но вот поди ж ты… И когда зануда в очередной раз, уже не спрашивая, плюхнулся за столик пенсионера, тот боднул его сердитым взглядом и недовольно пробурчал:

– Да тебе тут что, медом намазано, что ты все ко мне липнешь?

Но непрошеный гость лишь рассмеялся.

– Да с тобой хорошее, – пояснил он, ввернув странноватое словцо. – Сидишь, молчишь, меня вот слушаешь. А к кому другому подсядешь, так он или спорить начнет, или ругаться, или вообще обзываться.

После чего принялся воодушевленно хлебать солянку из глубокой тарелки. Так что Савелий Сергеевич только покачал головой и склонился над своей тарелкой.

– Э-эх… – с явственно ощущаемым сожалением в голосе протянул собеседник, закончив со вторым и откидываясь на спинку стула со стаканом компота в руке. – Жаль, девок здесь нет… Одни мужчины собрались.

– Да на что тебе девки-то? – ехидно поинтересовался пенсионер.

 – У тебя ж там стручок небось сгнил давно. И то радость, что ссышь стоя…

– Так-то оно так, – вздохнул сосед по столику. А потом хитро прищурился и эдак с подковыркой произнес: – А все-таки не совсем так. Я эвон нынче проснулся знаешь от чего?

– Опрудонился небось, – буркнул пенсионер.

– Не-а! Ноги замерзли! – торжествующе произнес сосед. И громко расхохотался.

Савелий Сергеевич на старую замшелую шутку только криво усмехнулся. А сосед, отсмеявшись, внезапно наклонился к пенсионеру и, заговорщически подмигнув, горячо зашептал:

– Вот хочешь верь – хочешь нет, а я тебе скажу, что у меня тама, – тут он скосил глаза себе между ног, – нынче утром точно что-то зашевелилось.

Ну, как ранее, когда помоложе был… Не так, как у молодого, конечно. Тогда-то у мене поутру стоял, что твой черенок у лопаты, но…

– Да ладно тебе сказки-то рассказывать, – скривился Савелий Сергеевич. – Ты еще расскажи, что у тебя волосы на плеши лезть начали.

– Ну, не хочешь – не верь, – разочарованно отозвался сосед, – а мне врать не мешай.

Следующие несколько дней все продолжалось по-прежнему. То есть изменения в самочувствии, конечно, были. И вполне явственные. Ноги изрядно окрепли и перестали, как было раньше, дрожать и подгибаться после небольшой нагрузки. День на шестой пребывания в клинике бывший инженер даже рискнул отправиться на прогулку. А на десятый так и вовсе спустился на первый этаж не на лифте, а по лестнице.