Швейцарец. Лучший мир

Ну как герой романа Мишеля Зевако «Le Capitan», шевалье Франсуа де Капитан[15 - По этой книге в 1960 году сняли прекрасный франко-итальянский фильм, главную роль в котором играл знаменитый Жан Марэ. Поищите в сети.], которого враги также наградили презрительным прозвищем, а он сделал его боевым кличем, услышав который все они приходили в ужас.

– Эту красную шлюху давно следует вздёрнуть, – прорычал кто-то в ответ.

– Ха, но сначала я бы её разложил. Ты смотри, какая фигурка. Да и личико вполне себе ничего…

Эрика вспыхнула и резко развернулась.

У входа в пивную, которую она только что прошла, стояло двое уродов, одетых в ненавистную форму так называемых штурмовиков этого ничтожества Рёма, словно ручная собачка виляющего хвостом у ног злобной твари Гитлера.

– Что, шлюшка, уже потекла? Давно не чувствовала между ног хорошей мужской палки? Так иди сюда. Мы тебе поможем, – глумливо рассмеялся тот, который, судя по голосу, хотел её «разложить». И пошло подмигнул.

Эрика скрипнула зубами и нервно сунула руку в сумочку, где после пары неприятных встреч давно нашёл своё место компактный и удобный «вальтер ППК», подаренный на их с Алексом свадь… Так, всё, не надо вспоминать об этом.

Не стоит. Нельзя! Эрика стиснула рукоятку пистолета… но прежде чем она успела выхватить его, на её узкую, затянутую в тонкую замшевую перчатку ладонь внезапно опустилась широкая мужская рука. А затем такой родной, но уже почти забытый голос холодно произнёс:

– Я думаю, вам следует извиниться перед леди.

– Ух ты, – радостно взревел «похотливый», – защитничек объявился.

А если мы не извинимся, то что?

Эрика сжалась, не столько ожидая ответа штурмовика, сколько просто не решаясь заглянуть в глаза человеку, сына которого она убила…

– Ничего. Трупы я обычно прощаю. – Эту фразу голос произнёс ещё на десяток градусов холоднее. И это произвело впечатление. Во всяком случае, оба штурмовика слегка побледнели и напряглись. Но всё равно попытались хорохориться.

– Ты не посмеешь выстрелить. Нас здесь…

– Дах-дах! – С голов обоих штурмовиков сшибло их форменные кепи.

После чего всё тот же голос мертвенно-спокойно произнёс:

– Это последняя возможность.

– Кхм…

В этот момент входную дверь пивной, рядом с которой стояла эта парочка штурмовиков, кто-то резко дёрнул, похоже, попытавшись открыть.

– Дах-дах-дах-дах!

От выстрелов, пришедшихся по верхней части двери, во все стороны полетели щепки, а внутри пивной что-то заорали. Но скорее испуганно, чем от боли.