Урожденный дворянин. Защитники людей

Проходя как-то мимо одной из местных школ, Ион стал невольным свидетелем до немоты изумившей его сцены. На школьном крыльце, под стеной, расписанной режущей глаз капрала непотребщиной, скорчившись в обезьяньих позах, сидели, дымя сигаретами, подростки. Из здания школы вышел, поблескивая очками и ранней лысинкой, молодой человек – видимо, учитель. Уцепив одного из подростков за локоток, молодой человек повлек его с крыльца. Они остановились у школьной решетчатой ограды, так что Ион мог слышать весь разговор до последнего слова.

– Че я-то сразу? – нарочито загнусавил, явно подражая кому-то, пацаненок. – Че я, крайний, что ли? Не подходил я к вашей стенгазете, че мне, делать нечего, читать ее?..

– А кто тогда? – изумление Иона достигло степени невероятной, когда он услышал в голосе учителя, молодого человека вполне интеллигентной наружности, те же делано гнусавые интонации. – Вас пятеро было. Я из класса выходил, все нормально было. Я вернулся – на фотках уже писюны пририсованы.

– А че я-то?..

– А кто? Фролов? Или кто?

– А че Фролов-то?

– А че «чекаешь», босота? – учитель, надвинувшись сверху на пацаненка, растопырил пальцы.

– Я легавить не буду! – пискнул тот.

– Ты где легавого увидал? Я с тебя, как с пацана, спрашиваю – кто стенгазету запарафинил? Не скажешь, все пятеро огребете, понял?

– Ага, скажу я, а меня потом в стукачи запишут? – гнусавые интонации исчезли, в голосе подростка зазвенели слезы.

Учитель достал пачку сигарет, предложил собеседнику, взял и себе одну. Оба с одинаковой неумелой неловкостью закурили.

– Короче, чего зря базарить… – заговорил снова молодой человек. – Это ж Фролов был, я знаю. Так пусть он за свой косяк сам и отвечает. Это не по-пацански разве? А?

– По-пацански… – сникая уже, пробормотал подросток.

– А на тебя никто не скажет, что, мол, стукач… Ты за всех своих братанов мазу держал, чтоб они не пострадали.

– Фролов… – выдохнул вместе с табачным дымом пацаненок.

– Пошли, директору повторишь, что мне сказал.

Уводя подростка, учитель радостно улыбнулся, явно довольный результатами своей педагогической методы…

Рядовые граждане с просьбой разобраться в своих конфликтах обращались не в «милицию», а к бандитским главарям, именумым «авторитетами».