Вечный. Шпаги над звездами

Этого, наверное, выковыряли из музея флота. Насколько я помню, когда остальные разобрали, один передали туда. Кстати, изрядно увеличив этим площадь экспозиции.

Капитан Амалья удивленно произнесла:

– Но я была в музее, там он выглядел намного меньше.

Генерал усмехнулась:

– В ангаре находилась только его центральная часть. А сейчас вы видите его в первозданном виде.

Наставница повернулась к генералу:

– И чем он нам грозит?

Генерал задумчиво покачала головой:

– Это зависит от того, в каком он состоянии.

Если системы оружия и защиты выведены на расчетный уровень, то мы ничего не сможем сделать ни ему, ни тому, кто спрячется за ним, пока он не подойдет на дистанцию девять тысяч миль. Причем его орудия начнут доставлять нам неприятности приблизительно с той же дистанции. – Генерал усмехнулась. – Это был единственный класс кораблей, на которых устанавливались тяжелые мортирные батареи.

Амалья задумчиво добавила:

– А с такой дистанции, да еще поддержанный силами Второй легкой…

Все вновь всмотрелись в экран, где кроме силуэта огромного линкора виднелось еще три десятка кораблей, потом штаб-майор Эстер, вздохнув, пробормотала:

– Вот и побыла комбригом, двух недель не прошло.

От этой простенькой безысходности, прозвучавшей в ее голосе, все вздрогнули. В БИЦе повисла напряженная тишина, потом девочка повернулась к Сантане:

– Генерал!

– Да, Ваше Величество?

– Я хочу, чтобы вы по громкой связи объявили о нашем положении. Все, кто захочет покинуть крепость, должны получить такую возможность.

Дайте людям два часа на раздумье и приготовьте все шаттлы.

Все замерли. Потом генерал смущенно повела плечами, кашлянула и спросила:

– Готовить ли шаттл для Вашего Высочества?

– Нет! – отрезала девочка и, резко повернувшись, сбежала по лесенке и выбежала из помещения центра.

Герцог сидела в командном кресле линкора и, злобно ощерясь, смотрела на растущий в центре экрана силуэт крепости Мэй. Позади нее стояла бледная коммодор Даннер.

– Скоро, очень скоро эта маленькая дрянь наконец попадет в мои руки. О Ева! Как я жду этой минуты!

Коммодор горько усмехнулась: вот так же герцог была переполнена предвкушением перед первой атакой крепости. Стоило бы вспомнить, чем она закончилась. Огонек на консоли, встроенной в подлокотник кресла, замигал, и Карсавен раздраженно нажала клавишу. Она не хотела разворачивать экран и отвлекаться от созерцания приближающейся крепости.