Небезопасная высота

Я распахнула глаза, подняла голову и подумала, что эта секунда стала секундой, когда я навек забыла как произносятся какие-либо звуки. Сверху вниз на меня смотрел удивленно округливший глаза Рома Арсеньев:

– Небезопасная высота.

Мне послышалось или он что-то сказал? И это что-то он сказал мне?

– Ч-что? – я запнулась, полностью сконцентрировавшись на его блестящих глазах и продолжавших осторожно поддерживать меня руках.

Рома кивнул на мои ноги:

– Я говорю: туфли у тебя отпад.

«От-пад».

– Спас-сибо. – Я не хотела, чтобы этот миг заканчивался. Но Арсеньев, удостоверившись, что ко мне вернулась устойчивость, отпустил меня и отступил на шаг.

Парень спрятал руки в карманах брюк, изучающе осмотрел меня и тряхнул головой, заставляя волосы растрепаться еще больше:

– Надеюсь, ты чуть не убилась не для того, чтобы привлечь мое внимание? – перекрикивая музыку, с усмешкой спросил он.

Растерянность и испуг во мне вмиг сменились возмущением.

– Какая самоуверенность! – бросила я и развернулась, чтобы уйти.

Рома схватил меня за локоть и вернул обратно.

– Эй, подожди! – он выглядел смущенным. – Прости! Я думал, ты очередная бегающая за мной по пятам сумасшедшая!

В этот момент игравшая песня закончилась и Арсеньев облегченно выдохнул, перестав кричать:

– Можно подумать, за мной реально какая-то охота ведется. – Он ухмыльнулся и протянул руку. – Меня Рома зовут.

«Я знаю», – чуть не сорвалось у меня с языка, но я закусила губу и протянула ему в ответ дрожащую и, надеюсь, не сильно вспотевшую ладонь.

– Аня.

Рома удовлетворенно кивнул. Я осмотрела его. Как ему удавалось выглядеть одновременно неряшливо и так безукоризненно?

Помимо брюк на Арсеньеве была надета темная рубашка, цвет которой при мигающих в полумраке софитах определить было почти невозможно. Рукава закатаны, а несколько верхних пуговиц – расстегнуты.

Мне кажется, мой взгляд был слишком растерянным и одновременно голодным: я боялась, что в первый и в последний раз вижу его так близко и стремилась запомнить каждую черточку его лица. Острые скулы, большие глаза, пухлые губы, прямой нос… Будь проклят этот полумрак, я не могла рассмотреть его как следует.

– С тобой все в порядке? – Рома прищурился.

– Да, – выдавила я. Местный диджей включил новую песню, вновь лишая нас возможности спокойно общаться.