Урожденный дворянин. Мерило истины

 – Ты сигарету у меня два раза просил, потому я тебя и запомнил. А я не курю.

– Да? Ну, наверно… Земляк, значит? Из Саратова?

– Не из самого… Саратова.

– А откуда?

Женя проговорил название своего поселка.

– Чё-то не слышал, – чуть покривился лопоухий. – Это где такой?

Женя сбивчиво начал объяснять, но лопоухий его не дослушал.

– Ну, один хрен, из одной области мы с тобой. Я из Энгельса, знаешь, да?

Этот город, соединенный с Саратовым мостом через Волгу, Сомик, конечно, знал. О чем тут же с радостью сообщил своему новому знакомому.

Тот протянул Жене крепкую мосластую руку:

– Двуха!

– А? – не понял Женя.

– Ну, Двуха. Погоняло такое. А так, по-правильному – Игорь зовут. Анохин Игорь. А тебя как?

– Со… Евгений, – ответил Сомик, пожимая протянутую руку. И спросил, удивляясь собственной храбрости: – А почему – Двуха?

– Да это давно… с детства еще. Малым был, дразнили: «Эй ты, голова-два уха!» А потом просто: «Два уха». А потом еще сократили, а то выговаривать неудобно.

Игорь-Двуха, сгорбившись, коряво навис над Сомиком, закрыв его от всех, и, понизив голос, спросил:

– Ты водку употребляешь?

– Ага, – кивнул Женя, хотя водки никогда не пробовал, на домашних застольях ему полагался только стакан пива или – в крайних случаях – рюмочка смородиновой наливки.

– Да, говно-вопрос, конечно, употребляешь, – хрипло рассмеялся Двуха. – Что ты, не мужик, что ли… Пошли, у нас есть маленько, только не водка, спирт. Притырено, чтоб не нашли.

Я сам же и притыривал. Знаешь, как? Берешь сырое яйцо, баяном оттуда все жидкое вытаскиваешь, и спиртягу, значит, заливаешь тем же баяном. А дырочку в скорлупе зубной пастой замазываешь. Понял?

Сомик ничего не понял: как это – баяном? Трубочкой, что ли, яйцо и баян соединять и мехами выкачивать-накачивать? Но уточнять не решился. Просто кивнул.

– Это меня братан мой старший научил, – договорил Двуха. – Он сам так в часть ехал… давно уже, еще по два года служили.

А наши-то олени поллитровки по трусам распихали, думали, никто не просечет… Офицеры ж не дураки. Видал, как шмонали? Профи! Теперь им, шакалам, ханки хоть до Владивостока хватит. Ладно… Значит, двое нас, земляков, в вагоне. Ты третьим будешь. Гы-гы, третьим будешь!.. – Двуха посмеялся собственному нечаянному каламбуру и добавил: – Ну что, пошли, что ли?

И они пошли. Второй земляк сидел, вольготно развалившись, за столиком бокового места.