Курьер. Там, за туманами

– Да сынок, это мой трофей! -с гордостью произнесла она рассматривая меня все пристальнее и пристальнее.

– Все еще на ходу? -поинтересовался я подходя вплотную к забору.

– Конечно на ходу! Да вы заходите через калитку, у меня собаки нет! -пригласила меня к себе бабуля, все еще рассматривая мое лицо.

– У меня что-то не так с лицом? -я улыбнулся старушке понимая что такого урода как я, ей наверное еще не приходилось видеть.

– В том-то и дело что это именно так! Вы очень похожи на одного моего фронтового друга! -улыбнулась а затем рассмеялась она, начиная прикуривать свою трубку которая погасла.

– Да, такое в мире бывает! -кивнул я головой и тоже рассмеялся.

– Господи вот точно Том Майерс! Прямо один в один и это невероятно! Как будто вернулся из прошлого! Да и у меня такое чувство все равно что в прошлое попала! -восклицала старушка и качала от удивления головой.

– Он был вашим фронтовым другом? -я стал рыться в своих карманах в поисках сигарет.

– Именно так и есть и не только! Я в него была влюблена! Этот трофей является подарком Тома Майерса! Он сейчас живет в Китае.

-кивнула головой фронтовичка и пригласила меня в свой дом из красного кирпича, но я отрицательно покачал головой.

– Я сейчас вернусь, я быстро! -и выйдя через калитку я пошел к ближайшему продуктовому магазину чтобы кое что купить.

Я не хотел заходить к старушке в шикарный дом с пустыми руками. Накупив необходимых продуктов я вернулся к ней домой с покупками к столу. Таким образом я познакомился с замечательным человеком, фронтовиком Степанидой Тимофеевной Лемешевой.

На одной из стен висели фронтовые фотографии, на многих из них была изображена сама хозяйка. Я был поражен тем, насколько в молодости она была красивой. Две огромного диаметра и в полтора метра высотой китайские вазы, стояли по обе стороны красивого камина. Над полотком по обеим сторонам окна висели большие китайские фонарики красного цвета, с желтой бахромой по краям.

– И как у вас нынче служба? -поинтересовалась Степанида Тимофеевна накладывая мне в тарелку порцию жареной рыбы.

– Да никак! Понимаете Степанида Тимофеевна, нашу часть расформировывают! Ну а нас под сокращение! -усмехнулся я беря в руку вилку и кусок черного хлеба.

– Ну это Филип Павлович я думаю что не смертельно! -вздохнула Степанида Тимофеевна наливая себе в стакан пива а в другой стакан водки.

– Да, но вот только время сейчас ужасное! Да и с работой совсем проблема! -кивнул я головой и взял в руку рюмку с водкой.