Гипотеза о монстрах

Так что вы хотели спросить?

– Ну, для начала насчёт лотереи, какие там билеты выигрышные, – зачастил Бадди, – потом ещё ответы на завтрашний тест по матике, и ещё выйдет ли за меня Дженна Джейн.

Бьюфорд гмыкнул.

– Братан, она типа экстрасенс. Экстрасенс, братан, а не джинн из бутылки.

Где-то неподалёку застрекотал кузнечик, и вдруг трель резко стихла. И вообще, Кик внезапно осознала, что на болоте воцарилась гробовая тишина. Смолкли птицы. Жуки. Всё смолкло. Странно.

Но всякий, кто в здравом уме собрался жениться на Дженне Джейн, представлял ещё большую странность.

– Слушайте, в таких вещах я вам ничем помочь не могу, – сказала Кик парням. – Моё э-э… предназначение выше этого.

Лицо у Бьюфорда скривилось.

– Тогда какой смысл в твоих способностях?

– И что может быть выше, чем счастье с Дженной Джейн? – спросил Бадди.

Кик вопросительно посмотрела на Бьюфорда. Тот пожал плечами.

– Он стрёмный, но что делать – брат всё-таки.

– Ты даже не представляешь, как я тебя понимаю, – призналась Кик и повернулась к Бадди: – Насчёт Дженны – это вообще не ко мне.

Бадди насупился и сощурил глаза. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, как вдруг…

– Что это было? – спросил он вместо этого.

– Что именно? – спросила Кик, но внезапно поняла, о чём он спрашивает. Он спрашивал о запахе. Запах стоял ужасный. Не запах, а настоящая вонь.

– Бьюфорд испортил воздух! – крикнул Бадди и ткнул брата локтем.

– Это не я, – буркнул Бьюфорд.

– Ты!

– Нет, не я!

– Кто признался, тот и…

– Да тихо вы! – оборвала их Кик.

Она медленно обвела глазами болота. Поднялся небольшой ветерок, и деревья вокруг зашелестели, теребя ветками, словно протяжно вздохнули. С ветерком вонь должна была исчезнуть, но она почему-то только усилилась.

Бадди конвульсивно втянул воздух.

– Ну как из сортира в жару!

– Не, как тухлые яйца!

– Господи, это же тот самый запах! Это ОНО!

– Да что тут особенного, – возразила Кик, но заставила себя как следует оглядеться ещё раз.

Она завертелась, шаря глазами вокруг. В этом месте болота совсем мелкие, часто иссыхают, только ближе к осени превращаются в сплошную слякоть и зарастают каким-то хилым быльём. Прятаться просто негде.

«Разве что вон за тем поваленным деревом», – мелькнуло у Кик в голове, и сердце заколотилось. Неподалёку лежал массивный, обросший грудой мха ствол кипариса. За таким стволом любой бы спрятался.

Бьюфорд в панике скрёб ногтями по лицу.