Obscura reperta [Тёмные открытия]. Игра в роман. Часть 3. Алхимическое средство

Артур вспоминал, что в детстве ему тоже часто хотелось бегать, и почему-то это его желание вызывало столько раздражения у мамы. Наверное, она сравнивала его с Роландом, он обычно вел себя тихо, а Артур в возрасте Маргариты был буйным, непослушным, упрямым и неаккуратным. Но отец прощал ему это, он иногда подзадоривал сына, поощряя силу, смелость, ловкость, а мама сердилась и наказывала, хотя наказания только усиливали в нем упрямство, замкнутость и угрюмость, вовсе не убеждая, что взрослые правы в своем желании заставить его стоять в углу или сидеть взаперти.

Он смутно помнил события, но отклик, какой они тогда вызывали, вставал перед ним очень ясно. Ему никогда не удавалось быть хорошим для мамы, это ощущение из раннего детства еще долго его сопровождало.

Маргарита остановилась вполоборота к нему, медленно повернула голову, чиркнув по нему глазами и смеясь отвернулась. Потом повернулась с другой стороны. Посмотрела чуть дольше, потупилась и улыбнулась исподлобья.

– Мама, – крикнула она и побежала к ступеням здания.

Хильда встретила ее очень сдержанно. Может, она была встревожена предстоящими переменами, может, не хотела показывать своих чувств перед ним и Роландом, но Артуру почудилось в этой ее отстраненности что-то с детства знакомое.

_____

– Ну что, – сказал Роланд, – когда они зашли в квартиру, после свадьбы полагается повеселиться, и мы сейчас повеселимся так, что это не останется незамеченным. Мы с вами займемся предметом нашей сделки, – сказал он Хильде, она ответила тревожным взглядом.

 – А ты, Артур, езжай за коляской.

Артур кивнул и ушел. Хильда выжидающе смотрела на мужа.

– Давайте посмотрим, как лучше упаковать меч, – сказал он.

Она отдернула темную портьеру, за которой оказалась дверь. Квадратная комната, куда они вошли, ярко освещалась множеством ламп, расположенных по периметру. Раньше это было место хранения коллекции, теперь комната выглядела ограбленной – беспорядок и запустение ощущались тут еще больше. Пыльные стекла витрин, пустые кронштейны на стенах, над которыми горели музейные лампы.

– Помогите, пожалуйста, – показала Хильда на массивную консоль у одной из стен, на которой, очевидно, раньше лежали экспонаты.

Они сдвинули ее, Хильда присела, ловко подцепила едва заметно выступающую доску паркета, вытащила ее, затем несколько соседних.

– Вот меч, – сказала она. – Только… лучше берите его за веревку.

– Я слышал о странном воздействии меча. А вы сами видели это?

– Да, – тихо ответила она.