Глаз павлина

 – Говорят, король Фарах превзошел сам себя и для увеселения любимой дочери и своих гостей намерен устроить нечто невероятное. Представляешь, Руфия, он собрал фокусников, лицедеев и танцоров со всего Шема. Я слышал, он оставил без увеселений все соседние государства!

– Конечно, пропускать такое событие нельзя. – Руфия, как и все женщины, была чрезвычайно любопытна и тоже обожала всяческие развлечения. – Кроме того, Фарах мужчина представительный и, что удивительно, одинокий… – поддразнила она своего спутника.

К этому времени у Руфии с Конаном установились теплые и дружеские отношения, хотя оба не скрывали друг от друга, что вовсе не собираются прожить вместе до глубокой старости. Но сейчас они были вместе, и, главное, им было хорошо.

– Если ты хочешь окрутить старого лиса Фараха, то ничего у тебя не выйдет, – рассмеялся Конан, отсалютовав девушке кубком. – Джилзан говорил, что он чрезвычайно упрям, а кроме того, после смерти королевы дал зарок никогда не жениться. Я вроде так понял, что ее убили какие-то проклятые колдуны.

 – Голос варвара исказился от ненависти. Конан с детства не выносил колдовское племя. А после того как его мать погибла от рук исчадия зла Тулсы Дуума, он положил себе за труд избавить Хайборию от всех представителей этого племени. И надо сказать, изрядно в этом преуспел: честная сталь, крепкие мышцы и несгибаемая воля зачастую оказывались сильнее самых страшных заклинаний. Лишь то, что Фарах – совершенно не знакомый ему человек – пострадал от одного из этих демонов в человеческом обличье, исполнило киммерийца симпатией к королю Кироса.

– Я еще не встречала такого мужчины, которого не смогла бы приручить. – Офирка весело подмигнула Конану. – Даже Амра-Лев не устоял перед моими чарами! Но не волнуйся, мне здесь делать нечего. По законам Кироса править этим государством должен только мужчина, и мне почему-то кажется, что им будет принц Зебуб. Кстати, – она кокетливо изогнулась, – завтра начинается свадебный карнавал, а мне нечего надеть.

 – Руфия притворно надула губки. – Я хочу, чтобы ты купил мне какое-нибудь подходящее к случаю украшение, в котором не стыдно было бы появиться на церемонии бракосочетания в храме Птеора.

– Да кто же тебя туда пустит, женщина? – удивился Конан.

– Пока ты, как любопытный мальчишка, болтался по улицам, я познакомилась с очень симпатичным десятником городской стражи, который обещал мне достать пропуск в храм… – победоносно улыбнулась Руфия.