Серебряные змеи

Ты переигрываешь. Северин резко поднял взгляд на нее. Она не успела отвернуться.

– Пусть наши цели оправдают наши средства, – нараспев произнес Гипнос.

Каждый раз, когда Лайла вспоминала о целях, в ее голове вспыхивало воспоминание о яркой улыбке Тристана. Она пробормотала его имя себе под нос и одним глотком осушила рюмку с ледяной водкой. Этот напиток можно было назвать призрачным, потому что он тоже оставлял после себя горький привкус на языке.

– L’Chaim, – сказала Зофья, последовав ее примеру.

Энрике выпил свою порцию и зашипел, хватаясь за горло.

– Это отвратительно.

– Давай налью еще, – сказал Гипнос, протягивая ему бутылку. – Еще несколько рюмок, и ты вообще перестанешь что-либо чувствовать.

– Я бы хотел поговорить со своей командой, – тихо сказал Северин. – Иди проверь портал, Гипнос.

Гипнос медленно поставил бутылку на землю. Улыбка исчезла с его лица.

– Конечно, – сказал он.

Когда он поднялся с места, Энрике поймал руку Гипноса и на мгновение сжал его ладонь.

Лайла узнала этот тоскливый взгляд и замерла на месте… То же самое выражение появлялось на лице Энрике, когда он был очарован какой-то идеей. Как его игра на пианино или короткое увлечение деревьями бонсай, которое ужасно раздражало Тристана. Лайла смотрела, как Гипнос отрешенно улыбается в ответ, прежде чем повернуться к своим охранникам и направиться к порталу. Конечно, она была рада за них, но ничего не могла поделать со своими опасениями. Гипносу нравилось влюбляться и быстро охладевать, как будто это было его хобби. Лайла сомневалась, что он стал бы терзаться угрызениями совести, если бы кому-то не повезло влюбиться в него слишком сильно.

Энрике холодно посмотрел на Северина.

– Думаю, он уже заслужил свое место в команде.

– Он заслужил место в твоей постели, – ответил Северин. – Но не за моим столом.

На щеках Энрике вспыхнули красные пятна. Если Северин и обратил на это внимание, то не подал виду.

– Кроме того, он все еще часть Ордена.

Лайла подумала о том, как Гипнос предусмотрительно подготовил для них угощения в астрономической комнате, как его глаза горели в предвкушении сюрприза и как опустились его плечи, когда все пошло не так, как он планировал. Она с раздражением посмотрела на Северина.

– Гипнос достоин доверия не меньше любого из нас, – сказала она, ударив по ящику, на котором сидела.

Она всего лишь хотела донести до него свою мысль.