Дигворд. Оцифровка миров

Но, тем не менее, он, развернувшись, рванул в нашу сторону и, кинув на ходу свою винтовку моей маме, подхватил меня и Катю на руки. Только сейчас до меня дошло, почему мама прекратила убегать со мной и сестрой – она бы просто не смогла нести нас обоих. Но папа у меня сильный и он такое провернуть может.

Вот только медведь не был согласен с таким поворотом событий. Еще одна желтая вспышка с небольшим зеленоватым оттенком, и монстр, размазавшись в воздухе, как пуля преодолел разделявшее нас расстояние, разбросав нас в разные стороны.

Но на этот раз ни я, ни Катя не пострадали – весь удар принял на себя отец.

Приподнявшись на одной руке, попутно выплюнув порцию крови, отец перевернулся на спину и, выхватив пистолет, начал всаживать пулю за пулей в голову медведя, который почему-то нацелился на меня, продолжавшего прижимать к себе Катю, которая до сих пор не пришла в сознание. Медведь, недолго думая, развернулся и, поднявшись на задние лапы, с размаху опустил передние на грудь моего отца.

Раздался дикий хруст костей.

– ЛЕШААА… – закричала мама

– ПАПААА… – истерично заорал я вместе с ней.

Но медведь и не думал останавливаться: убедившись, что его жертва теперь точно не убежит, он еще и вгрызся клыками в шею отца, за один раз полностью откусил ему голову, забрызгав все вокруг кровью, часть из которой долетела и до меня.

Я впал в какой-то ступор, не веря в происходящее. Нет, этого не может быть… Это просто страшный сон, ведь папа у меня такой сильный… Он боевой офицер, заместитель командира части.

Он не может так просто погибнуть, он же всегда был для меня примером, хоть я и частенько не слушался его. Не верююю…

Повернув окровавленную пасть ко мне, медведь начал приближаться, а его клыки начали пульсировать фиолетовым светом. Он явно решил покончить со мной за один укус, полностью игнорируя мою маму, которая на бегу стреляла в этого монстра. Когда пульсация света на клыках стала такой быстрой, что слилась в один поток, а медведь, разинув пасть, уже хотел броситься на меня, прямо между его пастью и мной возникла фигура мамы, закрывшая нас с сестрой.

Яркая изумрудная вспышка на секунду меня ослепила, а когда я проморгался, увидел у своих ног переломанное тело мамы с огромной раной на боку. Но и медведь лежал мертвый в нескольких метрах от нас. Положив бессознательную Катю на землю, я сразу же бросился к маме.

– Мама, мамочка, мамулечка… – звал я её, ведь пара единичек здоровья у нее ещё была.