Гостья

Но получалось, что отвечать должен я… Ничего, не привыкать…

– Он сказал – скоро будет пятнадцать… – сказал я, кивнув на убитого.

Моя мокрая насквозь одежда остыла на предутреннем холоде, и я начал постукивать зубами. И потому торопился занять место среди своих – мне почему-то казалось, что там сразу станет теплее.

– Как купание? – шепнул мне Стаки. Мне показалось, что он чувствует себя виноватым. Несмотря на то, что это ему заехали в живот, а не мне.

Едва Стаки успел мне украдкой показать замаскированный среди сетей, развешанных на стене, тяжёлый разъём силового волновода, как шеф повернул ко мне голову и окинул внимательным взглядом.

Словно оценивал – готов ли я и сейчас, после всего, что было, к работе… К своей нелёгкой работе агента адвослужбы…

– Давай, Космонавт, – вполголоса приказал он мне.

И я понял, что поторопился радоваться насчёт пистолета… Я медлил, собираясь с духом…

– Давай, у тебя получится, – Сержант, повернувшись, легонько толкнул меня в плечо. – Сам же всё затеял…

Эх, ну почему я постоянно в такие дела ввязываюсь?

Я шагнул вперёд, не спеша обошёл тело Ахту и сидящую рядом с ним Льету.

Ещё нужно было сделать соответствующее выражение лица… Хорошо, что при таком освещении все тонкости моей мимики не так просто было проследить. Крепко взяв девочку левой рукой за шиворот мокрого балахона, я попытался поставить её на ноги. Но бесполезно, на ногах она не держалась… Тогда я просто толкнул её вперёд, и Льета упала на колени перед группой сохраняющих мрачное молчание рыбаков.

– Льета Ирек Мара, – громко представил я её. – Дочь общины Рыбаков по роду матери.

– Невероятная новость, – недовольно пробормотал смотритель Кер. – Как я понимаю, для нас это честь небольшая…

– А что она сама скажет? – подключился к разговору курчавый парень с курносым носом. Даже в полутьме сарая я заметил, что веснушек у него поболее, чем у соплеменников. Балахон его был тёмно-зелёным, новеньким. Сапоги, хоть и поношенные, хорошо начищены.

По меркам общины Рыбаков парень выглядел просто щёголем. Если к этому всему добавить ещё и быстрый взгляд нагловатых глаз, то можно было заключить, что это явно общинный активист… На мою голову… Льета так и стояла перед представителями своей забытой общины на коленях, опустив голову с мокрыми, спутанными волосами. Но вот её подбородок приподнялся…

– Я контрабандистка… – тихо, но твёрдо заявила она.

«Ну вот… Этого мне только не хватало», – мельком подумал я.