Бирюльки

– Заодно проверим, вдруг у него сайдекс глючит, – пробурчал я.

– Вероятность менее одной тысячной процента.

Минут через пятнадцать унироб уже ждал нас у двери пациента. Приняв управление, я постучал. Никто не ответил. Пришлось постучать сильнее, так умерив силу, чтобы совсем не выломать дверь. Результат оказался тем же.

Тогда ассистент уведомил, что у меня есть врачебные полномочия на вход без разрешения. Рука унироба была поднесена к замку, дверь приоткрылась.

Небольшое помещение, чем-то похожее на мое.

Кровать, душевая стойка, маленький стол для питания и кресло сайдекса около окна. В уютном ковше мы обнаружили и нашего пациента. Его руки и ноги были настолько тонкими, что он напоминал скорее не человека, а какую-нибудь весдемонийскую тварь. Сильно выпирали ребра, живот, казалось, прилип к позвоночнику, кожа имела какой-то серовато-желтый оттенок. Пациент судорожно и часто дышал.

– Слышь, это вообще человек? – спросил я ассистента на полном серьезе.

– Вероятность сто процентов.

Уточняю возможный диагноз, – новый список вылетел у меня перед глазами. – Истощение, девяносто девять и пять десятых про…

– Дальше не надо, спасибо, – перебил я ассистента и осторожно снял маску с головы пациента. – Привет, чудак! Ты доктора вызывал?

Тот испуганно вытаращил на меня свои глубоко впавшие глаза, зашевелил губами, что-то невнятно захрипел и безуспешно попытался поднять руку. Разобрать его хрип было невозможно. Пришлось просить ассистента дать по губам расшифровку того, что он нам мямлил.

С вероятностью девяносто три процента он просил воды.

Я подошел к водопроводу, попытался налить воды, но без результата. Кнопка нажималась, вода не текла. Она появилась, только когда я ввел свои права доступа.

Самостоятельно взять стакан пациент оказался не в силах. Пришлось поить его с рук. Сделав несколько глотков, он издал облегченный вздох и закрыл глаза.

– Эй, – я затормошил его за плечо, – ты, вообще, чего с телом своим сделал?

Глаза пациента снова открылись, он удивленно и испуганно оглядел меня, как будто увидел только сейчас, и опять зашевелил губами.

Ассистент перевел дословно:

– Я устал, я очень устал.

После этого он снова закрыл свои жуткие навыкат глаза и отключился от происходящего.

– Асс, скажи, – в общении с ассистентом я иногда позволял себе подобные вольности, – такая стадия истощения вообще излечима?

– Вероятность излечения семьдесят три процента.