Одна душа на двоих

– Но разве он не призывается двумя?

Талик до того дня уже слышал о запретном призыве Лаллака, но ему всегда казалось, что тот должен инициироваться сразу двумя влюбленными, желающими соединить свои души.

– Довольно, чтоб второй не возражал, – пояснила Шенне, слышавшая о демоне любви куда больше рассказов.

– И все равно, ты сильно рисковала.

Хотя мало кто решался в нарушение устава призывать Лаллака, взрослые судачили, что около пяти лет назад пара влюбленных таки сделала это, но вместо объединения душ оба они утратили рассудок, что, как они утверждали, происходило не раз и прежде.

Что было тому причиной, неизвестно. Одни считали, что дело в утраченных знаниях об условиях призыва, другие – что причина в несовместимости душ, третьи утверждали, что все из-за недостаточной любви между ними, хотя в таком случае призыв просто не должен был сработать.

Как бы то ни было, угроза потерять рассудок наряду с сомнительной ценностью призыва неплохо удерживала романтически настроенные натуры от его применения.

– Уж не сильней, чем ты.

– Возможно, так.

– Теперь мы связаны, Талик. Если убьют тебя – умру и я. Раз заболеешь ты – болеть тогда и мне. Вот только…

– Разлюбив однажды, мы оба потеряем души и умрем, – эту часть легенды мальчик тоже знал.

– Все так и есть, – вновь улыбнулась Шенне.

– Но мы же не разлюбим, верно? – Талик приблизил свои губы к ее.

– Да, верно, – она приняла его невинный поцелуй.

С минуту они, обнявшись, лежали молча.

– Шенне, мне кажется, я начинаю понимать, что это за листки кружатся.

– Листки? Какие?

– Эти – вокруг нас, – он провел пальцем около одной из «змеек». – Не видишь?

Девочка непонимающе помотала головой.

– Они вращаются вокруг, как розовые с серым змейки…

Талик описал ей видимую им картину, в том числе загадочный поток медленных листиков, возникающий между ними при отдалении друг от друга.

– Я думаю, что листики – носители твоей души.

– Звучит красиво! Жаль, что я не вижу. А ты не врешь?

– Ничуть.

– Быть может, это Бора сей дар тогда оставила тебе?

– Шенне, ты это называешь даром? – усмехнулся мальчик. – Я из-за них тебя неважно вижу… уже с пары шагов. А у меня перед глазами клетка, а ты как будто в коконе из змей лежишь!

– Вся-вся?

– Сейчас проверю.

Талик отполз в сторону, чтобы их вихри-змейки разделились на два лагеря.