Бабай всея Руси. Или особенности уездной демократии

юлей, там было получить нельзя». В лучшем случае пи..юлей за отставание в соцсоревновании надо было ждать в виде мягкого ворчания, а в худшем (до которого, хвала аллаху и руководству Компартии, дело не дошло) – можно было и партбилет положить, навсегда позабыв о так полюбившихся загранпоездках для ознакомления с передовым капиталистическим опытом.

Именно поэтому Бабай и согласился. Завод он, конечно, любил больше всего на свете, даже больше, пожалуй, чем красавицу-жену Луизу и единственного наследника Урала, но где была гарантия, что новый начальник, который, скорее всего, тоже будет выделять всем стабильные объемы люлей, не захочет первым делом поменять руководителей на заводах? Этого допустить было никак нельзя.

Большинство (пока еще не подавляющее, как в последующие годы) депутатов, проголосовало за него, думая, что больших проблем в будущем этот простоватый работяга им не принесет.

Бабай стащил с завода старенькое кресло (то есть буквально припер с собой в новый кабинет), к которому прикипел не только в переносном, но и в самом прямом смысле, и стал руководителем республики.

Тут-то и открылась Бабаю страшная тайна, которая не тайна только для избранных (чувствуете, читатель, торжественность момента?). Он с ужасом узнал, что, оказывается, делать руководителю республики, будь он первый секретарь обкома или глава Верховного совета, решительно нечего. И что если он совсем ничего не будет делать – то ничего в республике не изменится, и люди никак на себе это не почувствуют, а может, им даже полегче немножко станет.

Понятно, что многие сейчас с этим утверждением не согласятся, что губернатор определяет экономический климат в регионе, стратегию развития и все такое – и все это правильно. Однако это все – из ученых разработок политэкономических теоретиков, которых наш герой, увы, не читал. А переместив свое кресло в «шакировский[6 - Шакиров – один из последних советских лидеров БаССР, отличавшийся крутым нравом]» кабинет, с ужасом узнал, что, в отличие от директора завода, председатель Верховного совета не держит в своих руках все ниточки, ведущие к каждому из четырех миллионов подчиненных.

Эта ситуация его никак не устраивала.

Он, конечно, краем уха в загранпоездках слышал, что бывают такие «институты гражданского общества», которые основываются на выборности, самоуправлении, общественном контроле, разноуровневой власти и независимых СМИ и т.п., но это все как-то не внушало доверия новоявленному политику.