Пустота

Но он был уверен, что сами подчиненные это хорошо знают.

– Все было на уровне, профессионально и быстрее следкома, – продолжал шеф. – Как обычно, впрочем… Благодаря сэкономленному времени ваш фонд премирования вырос до десяти миллионов пятисот тысяч!

Фонд премирования – еще одна новация амбициозного руководителя. Фонд увеличивался за каждый сэкономленный день расследования и уменьшался, если им не удавалось раскрыть дело в срок.

– Катерина, – вновь обратился к ней начальник, – уже решила, кто заслужил половину звезды?

По заведенному им порядку лидер проекта, как называли ведущего дело, при условии успешного завершения мог наградить половиной звезды того из участников, кто внес в успех расследования наибольший вклад.

Две половинки складывались в целую фигурку, пополняли «звездные» столбики и впоследствии учитывались при распределении премий; последнее, к слову, заставляло относиться к звездам серьезно. Даже прожженных скептиков.

– Конечно решила, Константин Николаевич!

Солнцева мучилась этим вопросом весь вчерашний вечер, когда стало известно, что Разумовский сознался.

Первая ее мысль была отдать половинку Максиму, который сильно старался, был всегда рядом и проделал кучу рутинной работы. Но когда она все структурировала, расписала цепочку действий, приведшую к раскрытию дела, оказалось, что от усилий Макса толку было немного, а решили все пара догадок, высказанных Лебедевым; высказанных без рвения, из задумчивости, что, собственно, было для последних месяцев нормой.

Когда она все разложила по полочкам и ощутила, что все равно не хочет отдавать половинку Лебедеву, Катерине стало противно.

– Отдайте ее Ивану! – твердо заявила она. – Он заслужил, хоть и не особо старался.

Константин Николаевич чуть сощурился, принимая полученную информацию к сведению, но тут же одобрительно закивал.

– Отлично! Ваня, она твоя, – Лебедев был единственным, кого шеф, в силу семейного знакомства, прилюдно называл неполным именем.

С улыбкой, немало напоминающей усмешку, Иван принял из рук начальника награду и без всякого довольства положил ее рядом со своим столбиком.

– Ладно, закончили с раздачей слоников, теперь давайте к делу! – Константин Николаевич подошел к девственно-чистой черной доске и взял голубой маркер. – К новому делу, – поправился он и написал на доске «Вячеслав Северский».

Положив маркер, шеф вернулся в центр кабинета.