Бабай всея Руси, или Операция «Осень Патриарха»

Хотел ли он при этом подучить Василича и вернуть его через пару лет назад вместо Бабая? Само собой, он имел в планах возможность держать строптивого деда в тонусе и заставлять пригибаться как можно ниже при рукопожатии, но настолько смелых схем по замене лидера одного из ключевых национальных регионов страны Юревич иметь не мог, даже находясь на пике своего могущества. Этого не смог бы с уверенностью пообещать тогда даже сам Михал Иваныч, потому как финальное решение зависело от слишком многих факторов.

Но глубинка любит теории столичных заговоров, а столица охотно глубинку таковыми пугает.

И вот в один прекрасный день в респектабельной федеральной газете под незатейливым названием «Газета» вышла страшная-престрашная, похожая на так называемый «кремлевский слив» заметка с громким заголовком «Преемник Бабая». В роли преемника как раз и был там обозначен наш Василич. А вовсе не помазанник Бабаев Роман Желтокнязев.

Василич в это время уже написал заявление на «отпуск с последующим увольнением» и нежился в этом самом отпуске на излюбленном российском курорте в турецком городе Кемер.

От кремлевского слива нам со Слоном сильно подурнело.

Вроде и не от чего было переживать. Василича забирают не куда-нибудь, а в Кремль, большим начальником, не может же Бабай беспределить ему вслед?

Но Бабай мог.

Лет десять назад он был моим первым клиентом олигархического типа. Он тогда чуть не продул в одну калитку выборы такому же, как Бобр, олигарху, объявившему ему священный джихад, а потом набрал группу молодежи, которой и дал путевку в жизнь.

Ну а молодежь ему делала красиво с утра до вечера и вернула его в привычное состояние политического тяжеловеса.

После этого дед, естественно, решил нас выгнать. Так у них, крутых, заведено. Если кто видел тебя в испуганном состоянии, да еще и приложил руку к твоему возвращению в бронзово-статуйное состояние, то сразу после возвращения в таковое гнать надо таких помощничков взашей.

Мстить ему за это, само собой, никто не собирался.

Выгнать – было его святым правом. Мы могли в ответ только благодарить и не имели, по неписаным подковерным понятиям, ни малейшего права раскрывать когда-либо деталей нашего сотрудничества.

Однако негласный протокол Бабай нарушил первым. После того как мы расшаркались перед ним и пошли дальше искать фраеров ушастых, он, со своей стороны, тоже должен был на встрече с любым себе подобным нас всячески расхваливать. Поначалу так он и делал.