Глаза истины: тень Омбоса. Часть 1. На тропе возмездия

Неожиданно Маргарита протиснулась мимо подчиненных Ряховского и села за стол перед культистом. Её лицо было каменным, а голос максимально бесстрастным:

– Вы уверены, что не хотите сотрудничать со следствием? – холодно произнесла она. – Ведь чем бы это все ни кончилось, вас будут судить. И мы могли бы облегчить вашу участь.

Сеттит закатил глаза к потолку и раздраженно выдохнул:

– Ваши методы убеждения и допросов начинают меня утомлять. Одно и то же под одним и тем же соусом, только разными словами, – он хмыкнул и пожал плечами.

 – На что вы все надеетесь? Что мне станет скучно, и я решусь заговорить? Пф-ф-ф, никакого развития с советских времен. Топчетесь на месте.

Ратцингер перевел взгляд на Маргариту, ожидая её реакции. Он успел узнать у Ковальского перед прошлым допросом культиста, что девушка была выпускницей факультета журналистики. И вряд ли ей доводилось брать интервью у более необычного собеседника, чем этот. Почему она лезет вперёд, рискуя все испортить?

– Хорошо, тогда попробуем иначе.

С более личного фронта, – сказала Марго, откинувшись на спинку стула, сложив руки на груди и придав своей позе более официальный и жесткий вид. – В прошлый раз вы назвали меня некой «наследницей». Что вы имели в виду?

Сеттит наклонился вперед настолько, насколько ему позволяли запястья, скованные за спинкой стула наручниками, и внушительная мышечная масса.

– Ты же дочка того федерала, верно? – спросил он вполголоса. – Который копал под нас? И из-за гибели которого здесь так переполошились?

– Да, это я, – отрезала Марго.

– А-а-а-а, я так и подумал. Вот поэтому и назвал. Ты чем-то похожа на него. Взялась за его дело, теперь тоже пытаешься нам помешать. Ирония в том, что тебе нужно доедать за ним объедки в виде нераскрытых дел.

– Я так не думаю.

Сеттит попытался наклониться еще ниже и заговорил уже почти шепотом. Ратцингер едва мог его расслышать.

– Скажи мне вот что, наследница. А ты хоть что-то почувствовала, когда петля вдавилась ему в шею, пережала трахею, сломала кости?

Лицо Маргариты стало еще более отстраненным и непроницаемым, но культист все равно уловил её внутреннюю борьбу с собой.

Она изо всех сил пыталась совладать с эмоциями и не подать вида.

– Ничего? – с наигранной досадой хмыкнул он. – Значит, ты и не любила его вовсе, глупышка! Впрочем, для вас, женщин, это вполне естественно. Вы по природе своей не способны на любовь.

– Вы правда так думаете? – с легким сарказмом спросила Марго.