Глаза истины: тень Омбоса. Часть 2. Чёрная пирамида

А эти топливомеры показывают уровень жидкости в баллонах – было истрачено чуть меньше половины. Ратцингер похолодел, когда понял, что если не поторопится, то они все тут погибнут.

Продолжая изучать устройство, он отыскал несколько выключателей, но ни один из них не был подписан. Было ясно только то, что каждый из восьми огнемётов управлялся независимо от остальных. Немцу показалось, что некоторые кнопки относились к таймерам задержки, другие к объёму подаваемого топлива. Выкрутить бы их все на минимум да дело с концом, но, зная коварство сеттитов, Ратцингер на это не решился.

Проще будет просто лишить этот агрегат источника питания. Не будучи подключённым к электрической сети города, потайной ящик использовал энергию встроенного аккумулятора. Ратцингер нашёл на панели небольшую коробочку и потянул за неё, но та не поддалась.

Приглядевшись, немец понял, что ошибся.

То, что он принял за аккумулятор, оказалось заземлением. Его сердце забилось чаще, он нервно сглотнул.

Где же этот проклятый аккумулятор?

Ратцингер пробежал глазами по всей панели, но не нашёл ничего подходящего.

Тогда он взялся за провода и аккуратно проследовал за каждым из них. Все они змеились по панели, а затем огибали её и скрывались позади. Запустив руку внутрь ящика и продолжая вести по резиновым трубочкам пальцами, Штефан обнаружил, что они соединялись в гребенку, вставленную в разъем, накрепко привинченный к панели сзади. Чтобы вся конструкция не упала внутрь, её подпирал кронштейн, закреплённый на стене.

Ратцингер вытянул руку настолько далеко, насколько мог, и ухватился за гребёнку проводов. Если он окажется прав, все будут спасены, а если нет, то, скорее всего, сделает только хуже.

Хотя куда уж хуже?

Собрав все силы, немец дёрнул гребёнку, и та легко выскочила из разъёма. Приборы на панели с громким щелчком отключились, их стрелки упали на нули, лампочки погасли, а справа перестал слышаться ритмичный звук огненных залпов.

– Слава богам… – выдохнул Ратцингер.

Из-за угла появился мощный силуэт Ковальского, позади него держалась Алиса. Оба выглядели потрёпанными и напуганными, но в то же время на их лицах читалось облегчение.

– Спасибо вам, господин Ратцингер… – начала Алиса, но резкий громкий треск заставил её умолкнуть.

Справа от них постепенно обрушалась догоравшая статуя солнечного божества. Изваяние уже лишилось рук, обгорелыми обрубками рухнувших к его ногам, и сейчас огонь пожирал голову бога-сокола.