Бесконечность: Начало

Когда она закончила, из уст Гильвеса вырвался тяжкий стон. Он сидел и в полном недоумении оглядывал нас. Казалось, глаза его спрашивали: «Кто вы такие, Бездна вас побери?!» Наконец, он запрокинул голову назад и заговорил:

– Ты уж прости меня, сестричка. Не хотел тебя обидеть. Да и спутник твой, похоже, отличный парень. Не оставит одну в беде. А вам, Лионар, желаю впредь быть честнее с незнакомцами.

– Похоже, мед у вас не только в чаше, но и на устах, – ответил оружейник, – но его недостаточно, чтобы скрыть яд.

Мы уходим.

– Как вам угодно.

Лионар и Катарина направились к выходу. Я же, проходя мимо Гильвеса, остановился, положил руку ему на плечо и спросил:

– Что она сказала тебе?

– Ничего существенного. Лишь то, что эту девочку мне стоит бояться больше, чем тебя, – без тени улыбки ответил торговец.

Нас действительно никто не пытался удержать. Во внутреннем дворе «Мурлыки» стало на целых девять повозок больше. Рядом с ними разожгли костер несколько охранявших их наемников. На небе уже не осталось и следа солнца.

Мы с Лионаром решили не жалеть лошадей, полагая, что безопаснее будет ехать до утра, а после сделать долгий привал в предгорьях Теневого хребта. Вскоре наша повозка тронулась, а немногим больше, чем через час свернула на север и заехала в лес.

Глава 6. За Теневым хребтом

На грунтовой дороге колеса почти не стучали. Повозка лишь иногда покачивалась и тряслась на кочках. Я лежал на скамье в кузове и, размышляя, пытался заснуть. Катарина напротив занималась тем же самым.

Через открытое оконце легкий прохладный воздух окутывал нас запахом листвы, древесной коры и влаги. Лионар на дрожках то ли что-то мурчал от скуки, то ли тихо разговаривал с лошадьми.

Длинные волосы Катарины, которые спадали с края скамьи, почти касались пола. На ее руках, выбиваясь из сумрака, все еще красовались белоснежные перчатки. «Надо же. Даже не потускнели от пыли. Наверное, она очень их бережет». Платье было скроено так, что открытыми оставались только лицо и шея. Остальное же – скрыто красивой голубой тканью.

Я перевел взгляд на ее темные глаза, обращенные в потолок и, казалось, даже сквозь него, в невидимое для нас бездонное ночное небо. И правда, красива. Через несколько циклов за ней начнет бегать половина Волограда. Но забавнее всего будет тогда наблюдать за Фарадом.

Девочка заметила, что я смотрю на нее, и повернулась ко мне. Я увидел в ее взгляде благодарность и вину перед тем, как закрыть глаза и сделать вид, что сплю.