Игры порочной крови

Влиять на эти громады, вздымающиеся и опадающие в своём мерном ритме, у меня не получалось. Арван ввалился в каюту мокрый насквозь, когда черный от обложивших небо туч день сменился окончательно чернильной ночью, всё так же наполненной качкой, скрипом такелажа и рёвом стихий.

– Всё, теперь очередь Криса, – выдохнул он, ероша и так встрёпанные мокрые волосы, – Я выжат.

Мог бы и не говорить, залегшие под глазами тени и общий изможденный вид были вполне наглядны.

Сделала поярче магический фонарик, болтающийся на оставшемся целым крюке.

Подскочила, покачиваясь, чтоб помочь стащить с него промокшую одежду. Жаровни из кают поубирали, так что было довольно зябко, но не оставаться же в истекающих водой тряпках.

Мужчина отхлебнул несколько добрых глотков из бутыли, прыгнул под приглашающее поднятое мною одеяло. Еще и меня сгреб, прижал к себе, утыкаясь в волосы.

– Тёплая, – я вздрогнула от ледяных прикосновений.

Впрочем, скоро он начал отогреваться. Обнял меня еще плотнее, запустил ладони под тонкий свитер, который я не решилась снимать и, кажется, уснул.

Проснулась от того, что меня почему-то убрали от печки. Или печку от меня. Приоткрыла глаза, чтоб увидеть, как обнаженный мужчина присев на корточки перед стулом обреченно глядит на обтёкшие, но не высохшие вещи. С его прихода прошло от силы несколько часов. Мотало нас нещадно.

Сквозь ресницы следила украдкой, как в свете магического светляка перекатываются мышцы плеч, когда он шевелил руками. А потом я даже дышать перестала.

От протянутой ладони отделилась яркая искра, окруженная белёсым воздушным смерчиком.

От одежды пошел пар. Мой сногсшибательный любовник полон сюрпризов. Обладатели власти более чем над одной стихией были редкостью. Высохшие первыми штаны задубели от соли, и теперь Арван взирал на них с почти детской обидой, а потом начал методично мять. Разве что о стол не постучал. Я хихикнула. Он обернулся.

– Не говори никому.

– Понимаю, – я выпуталась из одеяла, коснулась ногой ледяного пола.

 – Иди ко мне.

– Там Кристон один, а участок сейчас сложный, – в этом я ничуть не сомневалась, как и в том, что резерв он не успел восстановить и на треть за время сна.

– Мне… страшно, – и зябко обхватила руками плечи, в уголках глаз блеснула влага.

Да, я это был запрещенный прием. Но действенный. Заскорузлые штаны были тут же отброшены, а я оказалась заключена в объятия и поставлена ногами на теплую постель.

– Тише, не бойся. Мы справимся.