Игры порочной крови

– Не наскучил, просто я не выспалась, – тоже повернулась на бок, запустила пальцы ему в волосы.

– А я уж побоялся, что был плохим любовником, – он зевнул снова, – Всё-таки почти сутки в седле.

– Ты чудесный любовник, но даже самым чудесным любовникам надо иногда спать.

– С тобой, мне кажется, – он наклонился к груди, лизнул сразу отозвавшийся на ласку сосок, – Я готов не спать еще очень долго.

Я мурлыкнула, наслаждаясь лаской напоследок. Всё-таки у меня были несколько иные планы. Да и сделать еще надо немало.

– А поспать придется, – выдохнула тихонько и спустила с пальцев, перебиравших шевелюру шатена ставшее едва ли не коронным заклинание сна.

Захочет – найдёт, и имя выяснит, которое забыл спросить, сраженный, несомненно, грацией. Что за тенденция такая вообще? Я вздохнула, отряхнула халат и выглянула в коридор.

До дверей старшего Витта мне никто не встретился, но судя разговору, едва слышному сквозь дверь, там давно не спали. Да и Никлас говорил, что отец ждёт.

Я чуть растрепала переплетённую и высушенную косу и решительно толкнула дверь…

– Это возмутительно! – рявкнула с порога, и с силой захлопнула створку. Хозяин замка, расположившийся в кресле за столом, поднял на меня недоуменный взор, а сидящий спиной ко мне мужчина подпрыгнул и обернулся. Я нервно кутаясь в халат прошла к дивану, упала на подушки, и кусая губ и заламывая пальцы уставилась на Дайтона Витта.

– Закончим позже, и выясни почему так долго, – мужчина, бывший, видимо, помощником, кивнул, поклонился мне и спешно удалился.

– Так что же возмутительно, Алира, – ко мне он подошел уже с бокалом воды, присел рядом, – Не понравился массаж?

Хм, об этом я с ним говорить не собираюсь. Воду приняла, выпила и только после этого выпалила:

– Каким даром владеет ваш сын?

Спрашивать о котором сыне речь герцог не стал, его лицо неуловимо помрачнело.

– Что произошло? – благодушия в голосе больше не было.

– Франциск с друзьями часто заезжал ко мне в гости.

Говорил что на охоте припозднился. Сами понимаете, закон гостеприимства. Разумеется, я принимала его со всем радушием, – я помолчала, словно решаясь сказать или нет, – Последний было совершено насилие.

– Дальше, – подбодрил Дайтон Витт и очень своевременно протянул платок.

– Двое моих людей пострадали, мальчик конюх и горничная. А сегодня, – я снова замолчала и всхлипнула, слёзы текли абсолютно свободно, – Меня разбудил стук в дверь, я открыла.