Истинная для чудовища

Киро застыл и удивленно прошептал:

– Амедеа…

Громкий крик петуха разбил весь романтический момент, и не успела я удивиться, откуда он взялся в лесу, как Киро исчез. Я же проснулась в своей постели. Сквозь окна лился солнечный свет, а мое сердце гулко билось о ребра, напоминая о том, что чуть было не произошло. Наступило утро. Петух рвал глотку за окном, а я возмущенно пропыхтела: «Вот же глупая птица!» и пошла одеваться.

Выспалась я на удивление хорошо. И теперь стало понятно, почему Киро выглядел как человек.

Не знала, что фавны так умеют. Я завязала шнуровку на платье и причесалась. Честно говоря, я вообще ничего не знала о фавнах. Нужно будет уточнить еще какие-то подробности. Что это за легенды, которыми пугают маленьких детей?

Только вот у кого? Дед не настроен об этом говорить, это я поняла, судя по его прошлому нежеланию отвечать. Да и видно, у него какие-то свои секреты. Паолина тоже вряд ли оценит мое любопытство, еще и заподозрить что-то может. Я стояла посреди комнаты и раздумывала, постукивая носком ботинка по деревянному полу.

Что ж, остается только один вариант – Велия. Уж она точно даст ответы на все мои вопросы. Внутри все похолодело от мысли, что придется посетить ведьму, однако любопытство всегда было моей слабостью. Но идти к ней нужно было только после захода солнца. При свете дня она в избе не появлялась. Может, собирала травы, а может, превращалась в кошку, кто его знает. Приняв решение, я вышла на кухню и занялась домашними делами. Весь день у меня все валилось из рук: Нерза убегала, пролив молоко, рассыпалась мука из мешков, что я носила в кладовую, выскальзывала из рук посуда.

В конце концов, даже дед заметил мое состояние:

– Амедеа, детка, что-то случилось? Ты весь день сама не своя. – Он, покряхтывая, разогнул спину и поставил рядом мешок.

Я улыбнулась как можно увереннее, но край губы начал нервно дергаться.

– С чего ты взял? Нет, все прекрасно, не придумывай.

Я сама заметила, как неискренне прозвучали мои слова, и решила быстрее уйти.

Подхватив метлу, я пошла собирать муку, которую полчаса рассыпала по всей кухне. Дед лишь хмыкнул и пробубнил что-то про романтичную молодежь.

Когда над деревней начали сгущаться сумерки, я умылась, сменила фартук на более чистый и тайком выскользнула из дома. Я прошла по пыльной дороге вдоль соседских домов, свернула на запад и пересекла большой некошеный луг.

Со стороны гор подул пронизывающий душу ветер, будто предупреждая об опасностях.