(Не) измена. Тайные наследники для миллиардера

Мы бы с мужем хотели записаться к вам на прием. Мы хотим ребенка, но у нас не получается уже пять лет…

– Я вас поняла. Запись к доктору есть на следующей неделе, вы согласны?

– Ох, так быстро? Да-да! Конечно, а операция? Когда мы могли бы приступить в самой процедуре?

– Не переживайте, вам все расскажет доктор. Если все в порядке с анализами, то несколько плановых посещений – и можно будет приступать непосредственно в процедуре ЭКО. Вас записывать?

– Да, конечно! Ох, неужели? Даже не думала, что мне так повезет!

– Продиктуйте ваши данные, пожалуйста…

– Карпенко Мария Александровна и Карпенко Артур Акимович.

– Я вас поняла. Записала вас на двадцатое сентября в 15.00. При себе иметь паспорт, имеющиеся анализы и полис.

– Хорошо, спасибо большое! – буквально выкрикиваю я.

– До свидания.

Я кладу трубку и визжу от счастья. Получилось! Теперь осталось рассказать Артуру – и все будет хорошо! Не желая ждать, я снова беру телефон и набираю мужа.

– Да? – резко отвечает он, а я радостно выдаю:

– Привет, любимый! У нас получилось!

– Что именно?

– Я записалась в клинику.

Нас ждут двадцатого сентября, в три часа дня, ровно через неделю!

– А, ясно. Хорошо.

– Хорошо? И все? – потухая, спрашиваю.

– Ох, ну что мне, станцевать, что ли? – как-то устало переспрашивает муж, и я улыбаюсь:

– Нет, но ты же рад?

– Конечно! Все, Маш, пока, мне некогда!

Он бросает трубку, и счастливая улыбка медленно сползает из моего лица. Ну что ж… Главное – не отказался.

Я уверена, когда ребенок родится, он полюбит его всем сердцем.

Глава 2

Егор

Подъезжая к дому, я паркуюсь возле ворот и долго сижу в машине. Окидываю взглядом участок, скрытый осенними сумерками, высокое четырехэтажное строение, которое издалека напоминает замок, и вздыхаю. Свет горит только в окне на третьем этаже – спальня моей жены. Остальной дом погружен в уныние и тоску.

Когда я строил его, нам с женой было всего по двадцать пять. Я мечтал о том, чтобы вскоре дом наполнили детские голоса и смех.

Чтобы каждое утро топот маленьких ножек будил меня перед работой, а вечером меня встречало звонкое «папа».

Но шли годы, а ничего не менялось. Я все так же приезжаю домой, где меня, кроме моего пса, добродушного хаски Лойса, никто не встречает. Линда либо уходит к подругам, знакомым, либо собирается уйти. Отношения с ней давно стали напоминать реку с пересохшим руслом. Мы с ней не общались по душам уже давно.