Возвращение барона Блутзаугера

Вальтер поднялся на шхуну и сговорился с капитаном. Эх, путешествие по морю, пусть даже с мрачными соседями, – будет что порассказать друзьям. Проныра чуть не плясал от радости. А что будет, когда он расскажет королю чужой страны, что его дочь нашлась! Пожалуй, наградят его так, что и на своем горбу не утащишь. Ну и пирушку он закатит по возвращении!

Шхуна медленно и тяжело отчалила от пристани и, плавно покачиваясь на волнах, двинулась в путь.

Ведьма

Король Фридрих совсем потерял сон. Барон как в воду канул, в королевстве не происходило никаких событий, и эта обманчивая тишина пугала короля.

Что еще задумал проклятый повелитель оборотней и вампиров? Откуда вновь ждать беды? Подлый Блутзаугер вечно наносит удар исподтишка, отказываясь от славного честного боя. Да и Проныра куда-то запропастился. Уже столько дней от него нет весточки. Неужто попал в беду?

В невыносимом ожидании Фридрих метался по лесам и дорогам, порядком измучив даже выносливого Зильбера. Но не смог найти даже замка барона и уж тем более его самого.

Обратиться за помощью к Озерной фее король не решался: ему было стыдно, что бахвалился своей удалью и не смог уберечь Королеву Эльфов.

В один из дней, проезжая мимо деревни, король увидал процессию, с шумом и гомоном бредущую ему навстречу. Колокольный звон разносился по всей округе. Узнав короля, люди остановились и низко поклонились, сняв шляпы.

– Что у вас за праздник нынче? – спросил Фридрих, – время сбора урожая еще не наступило и до Рождества далеко.

– У нас и впрямь праздник, господин король, – согнувшись в поклоне, ответил колбасник.

 – Мы изловили ведьму и тащим проклятую сжечь на костре городской площади.

– Ведьму! Я не ослышался? – воскликнул Фридрих, и сердце его отчаянно забилось.

Люди расступились, и король увидел женщину, сидящую на осле задом наперед. Одета она была в лохмотья, и капюшон ее потрепанной накидки надвинут так низко, что и лица не разглядеть.

– А точно ли вы знаете, что это ведьма?

– Конечно, господин король! Глядите, как она уродлива! Разве может добрая женщина быть похожей на ночной кошмар?

– Сними капюшон, – приказал Фридрих пленнице.

Несчастная откинула грубый покров с лица. Ну и страшна же! Нос крючком, маленькие тусклые глаза. А волосы! Настоящая пакля! Видно, гребень никогда их не касался. Руки словно куриные лапки, с острыми кривыми ногтями. Все лицо покрыто сеткой мелких морщин, щеки ввалились. Но в глазах совсем не было злобы, а лишь глубокое тяжелое горе.