Митчелл

Должно быть, весь этот театр, подкреплённый маскарадом Рут, действует безотказно на людей, которые приходят к ней. Правда, я не могу не заметить, что сама мадам Бастьен сегодня без пугающего макияжа и в обычной одежде. Так она похожа на девочку-подростка, не старше.

– Не ожидала увидеть тебя, – немного зажато произнесла девушка, сунув руки в задние карманы джинсов. – Что-то случилось?

– Нет, просто зашёл, – пожал плечами я. – Ты занята?

– Немного, – Дэвис невольно скосилась на закрытую дверь. – Подождёшь? – улыбнулась она и проводила меня в какую–то коморку, которую я даже не заметил поначалу.

 – Минут пятнадцать, не больше.

Она тут же исчезла и закрыла шторой дверной проём. Зачем ей столько штор? Почему бы не поставить двери? Похоже, это ещё одна часть театра Рут.

Я огляделся. Здесь десять мягких стульев и вешалка. Видимо, после посещения этого места люди приводят всех, кого знают. Стены в этой комнате, как ни странно, светлые. Должно быть, чтобы немного успокоить особо впечатлительных посетителей.

В правом углу от входа на небольшом столике стоят несколько бутылок с чистой негазированной водой и упаковка одноразовых стаканчиков. Под этим же столиком – простенькое мусорное ведро. Продуманно, ничего не скажешь.

Сколько бы я не прислушивался, никак не могу расслышать, что происходит в соседней комнате, где сидят Рут и её клиент. Звукоизоляция? Ещё одна продуманная вещь. Однако я хорошо слышал дверной звонок, на который неспешно появилась хозяйка дома. Ко мне присоединился Эйден Фрост.

Парень сегодня без пирсинга, одет в классические чёрные брюки, белоснежную рубашку и хорошо причёсан, несмотря на плохую погоду. Он по-хозяйски снял куртку и повесил её на крючок. Будущий священник налил себе стакан воды и вальяжно развалился на самом дальнем стуле. Он закрыл глаза и что-то беззвучно шепчет, только его губы двигаются.

Дружок Рут не особо разговорчив. Я бы даже назвал его замкнутым. Закончив шептать, Эйден вытащил из кармана брюк наушники и откинулся на спинку стула, утонув в музыке.

Я сижу далеко от него, но даже отсюда чётко слышу, какую музыку предпочитает будущий святой отец. Металл и тяжёлый рок никак не вяжется с праведным образом Эйдена. Правда, должен отметить, я «наслаждаюсь» уже добрых полчаса этими криками и басами, но ни разу не услышал ни одного нецензурного слова.

Я сам уже заждался и устало откинулся на спинку стула. Кажется, ещё немного ожидания, и я попросту засну здесь.