Митчелл. Голодные. Часть первая

– О чём они говорили?

– Молоуни спросил, где вечером была Ронда, и почему он не видел её на какой-то вечеринке. – сказал Дормер. – Сильно на ручку нажимает только Оливер, ответы его подружки вообще нереально разобрать. – пожаловался детектив. – Короче, Молоуни собирался пойти на какую-то встречу в «Помощь».

– «Помощь»?

– Я думаю, так называется эта группа, или что это там? – Мэтт устало выдохнул. – Что планируешь на завтра?

– Хочу узнать у сокурсников пропавших об этой их «Помощи». – ответил я и машинально пожал плечами.

 – Эйден мне поможет. У него дар убеждения. – сказал я. – Особенно, когда его доведёшь. – усмехнулся я.

– Узнаешь что, скажи сразу, идёт? – попросил Дормер. – Не нравится мне листовка и всё дело, связанное со студентами тоже не нравится.

Я вернулся на кухню к Аншелю и Эйдену. Священник смерил меня недобрым взглядом и подпёр подбородок рукой.

– В чём это я помогу тебе?

Я непонимающе гляжу на священника.

– Секреты говорят шёпотом, – твёрдо произнёс Фрост, – а не кричат о них на всю квартиру.

Аншель предпочёл даже не вмешиваться. Иногда мне кажется, он сам побаивается племянника. Чего уж там! И я тоже предпочитаю отсидеться в комнате или подольше пошататься по улице, когда Эйден не в настроении.

– Нужно узнать о некой «Помощи». – начал я, опустившись на стул. – У Скаврон нашли брошюру группы психологической помощи. Мне нужно знать, были ли другие студенты там.

– Почему бы не спросить Тревора?

– Нельзя. – тут же отрезал я. – Нечего ему об этом знать.

– Если я не буду знать всех деталей дела, Митч… – пригрозил Фрост, но вовремя остановился. – Как я тебе помогу, если не буду знать, о чём говорить, а что придержать? Откуда мне будет знать, кто говорит правду, а кто просто насмехается надо мной?

Не поспоришь, если честно. Мне, к сожалению, нечего возразить.

– Ладно. – я сцепил пальцы в замок перед собой. – На брошюре был номер Тревора, и написан он был не почерком Ронды. – сказал я. – Наклон влево, острые углы, резкое начертание.

 – и как мне сразу не бросилось это в глаза? – Это его почерк. Он сам написал свой номер.

– Сам? – задумался священник, проведя языком по передним зубам. – Зачем?

– Мне тоже хотелось бы знать.

Я рассказал Фросту всё о деле студентов, не утаив ни единой детали. Священник слушал внимательно и ни разу за долгое время не отвёл от меня взгляд. В конце моего рассказа, он сказал, что будет завтра в джинсах и толстовке – это больше располагает студентов, нежели сутана.