Митчелл. Безликие

– У него, – с трудом начал я, – что-то во рту.

Криминалист непонимающе поднял на меня глаза, затем взглянул на тело.

– В морге разберутся. – ответил он и занялся изучением пола под висящим телом. – Здесь очень много крови. Но толку-то? Всё замыто хлоркой.

Пока Майк сокрушается из-за «испорченной крови» и требует запретить во всём мире уборку с хлористыми средствами, я вернулся к картинам. И вот что меня интересует в первую очередь: почему какие-то картины перемещены, а другая часть – осталась на месте?

Наш убийца – любитель скрытых подсказок.

Положение тела указывает на образ жертвы. Жертвы, которая много болтала? Интересно. Что же Ойвинд Эге мог такого разболтать? И причём здесь, в конце концов, коробка с пустыми бутылками из-под шампанского?

Размышляя, я снял одну из картин со стены. На обратной стороне ничего нет. Никаких знаков или подсказок. На полотне есть подпись автора. Размашистая, но остроконечная. Да-да, такая же была на картине, которой так восхищается Ронни.

В списках выставочных картин, полотна Эге значатся под номерами, без названий.

Возможно, и у той картины, которую я видел раньше, не было определённого названия, только цифра. Не знаю, в каком порядке убийца развесил картины. Видимо, в этом тоже может быть какой-то смысл. Нужно узнать, как они висели изначально.

Чтобы не тратить время зря, пришлось разбудить Роско и Олли. Они намного лучше и быстрее меня найдут всё что угодно в интернете и тем более соцсетях. Ронни не составило бы труда отличить одну картину от другой, но как она воспримет смерть любимого художника и друга?

– Доброе утро, Роско! – сказал я, как только гудки прекратились.

 – Мне нужно, чтобы ты вместе с Олли нашёл фото со вчерашней выставки в Выставочном зале.

– У нас новое дело? – сонно поинтересовался Банколе. – Я и сам могу найти что хочешь.

– Ронде ни слова, пока я не приду, ясно? – предупредил я. – Убит Ойвинд Эге.

Роско сглотнул и на время замолчал. Заскрипела кровать, а затем пряжка ремня ударилась обо что-то и на пол высыпались монеты.

– Я тебя понял. – наконец, ответил он. – Когда вернёшься?

– Здесь ещё куча работы.

– Ясно.

– Мне звонил Винсент в половину шестого. Сказал, что едет, так что, когда появится, пусть меня дождётся.

– Передам.

На этом я вернулся к работе. Повесил картину обратно и сфотографировал весь ряд полотен.

Ни на одной из работ художника нет следов убийцы. На них вообще никаких следов нет. Совсем.