Земля Небес

Рядом с парадным входом узкое высокое окно с выбитым стеклом в правом нижнем углу. Наверное, кто-то пытался войти внутрь. С левой стороны жилища заметна какая-то пристройка высотой немногим выше крыльца.

Сабрина уже прошмыгнула туда, предварительно одолжив у Рэя фонарь. Понятия не имею, что она собирается там найти, но обычно эта девушка обязательно что-то да находит. Говорит, ей духи подсказывают. Мисс Эдисон лазает по сумкам в поисках отвёртки, они с Амелией хотят, по-видимому, выкрутить дверную ручку.

Адам решил помочь со взломом входной двери, а я пока найду медиума. Рэймонда, к счастью, даже искать не пришлось.

– Чёрт, Брайан! – в ужасе закричал Кейн, встретившись со мной взглядом. – Там окно над входом в подвал открыто, возможно, сможем справиться с дверью изнутри.

– Брайан! – позвала Сабрина. – Я не дотягиваюсь. – жалобно произнесла девушка. – Поможешь? Это окно совсем хлипкое и, как мне кажется, не закрывалось на щеколду.

– Наступай на пол осторожно.

 – предостерёг её я, подняв мисс Перри к оконному проёму.

Она забралась внутрь. Воцарилась мёртвая тишина. Даже доски в доме не скрипят от шагов.

– Эй, ты там в порядке? – крикнул я. – Сабрина!

– Здесь пыльно как в пылесосе! – откашлялась она. – Попробую открыть дверь, подождите.

Мы с Рэймондом вернулись к остальным. Эви спрашивает Адама, всё ли он попробовал, а тот рычит в ответ. Ничего нового.

– Эй, снаружи! – позвала Сабрина, чем изрядно напугала Амелию, заставив её подпрыгнуть на месте.

– Чёрт! – закричала Катнер. – Как ты там оказалась?!

Её "вопрос" остался без ответа. Дверь скрипит под напором упрямства Сабрины, сбрасывая последние кусочки белой краски. Спустя несколько минут замок щёлкнул.

– Петли заржавели. – сказала маленькая взломщица. – Тяните дверь на себя!

За светом фар

Мне и раньше доводилось бывать в обветшалых домах, каждый раз не могу справиться с внутренним восхищением от атмосферы таких строений.

Мрак, моментально овладевающий твоим разумом, гробовая тишина, нарушаемая лишь скрипом половиц, да гуляньем ветра между иссохшими стенами, некое очарование облупившейся краски и штукатурки, зацветшие от сырости куски обоев, покрытые вековым слоем пыли предметы мебели и интерьера, проеденные молью и другими насекомыми ткани и ковры. Для меня в этом есть что-то неведомо притягательное.