Мисс Динамо

Сколько бы я не ворочался на, казалось бы, удобном диване, сон никак не хотел приходить. То подушка казалась слишком мягкой, не той, на которой я привык спать, то посапывания Фунтика мне прямо в ухо заставляли все больше отстраняться от пса, но тот словно магнит тянулся ко мне. Видимо, запах своего шампуня он чувствовал даже после того, как я во второй раз помыл голову.

– Надеюсь ты не лишайный.

Последней точкой кипения для меня стали странные звуки с улицы, словно кто-то старательно царапал по стеклу со обратной стороны.

– Сама там уже седьмой сон видит, а меня заставила спать с псом в обнимку, – с завистью вспоминаю свою деревенщину и ее удобную кровать, одновременно пытаюсь убрать с плеча тяжелую голову Фунтика, но тот все равно через несколько секунд возвращает ее обратно, плотнее прижимается к моей шее, облизываясь. – Разве у тебя нет своей лежанки или еще чего?

Легонько тыкаю пальцем пса в ребра в надежде получить хоть какой-то ответ, но его не было.

Я чувствовал себя очень уютной подушкой под нехилой тушей Фунтика. Хотя не могу не признать тот факт, что руки сами тянулись к шелковистой шерсти раз за разом, стоило мне задуматься о смысле жизни. Пёс был как антидепрессант, который можно было помять во время тяжких дум.

Позже заработал, наконец, мой телефон, простояв около получаса на зарядке. На экране было более двадцати пропущенных и примерно столько же сообщений от отца. Что же такое произошло, раз он так настойчиво пытался со мной связаться.

Уже через сорок минут я открывал дверь своей квартиры в самом центре Петербурга, а на душе почему-то скребли кошки. Что именно имел в виду отец в одном из сообщений, что меня ждет «сюрприз»?

Делаю шаг в квартиру, как тут же замечаю, что что-то не так. Аромат домашней еды, который не витал здесь еще с того момента, как родители подарили мне эту квартиру на совершеннолетие, настораживал. Как и чужая женская обувь на полу рядом с увесистым чемоданом.

Меня выселили из собственной квартиры и забыли заранее предупредить? Неужели я снова успел где-то накосячить?

Впервые в жизни я увидел хоть один плюс в статуэтке, что уже два с лишним года пылилась на полке – выкинуть было жалко, так как это был подарок. Сжимая обеими руками орудие самозащиты, медленными шажками пробираюсь в просторную гостевую с открытой кухней.

Там никого не было, но от этого легче не стало.

Я не трус.