Повторившаяся любовь

Водитель свернул на боковую дорогу, поднимавшуюся серпантином вверх по лесистому склону, между деревьев которого иногда мелькала гладь Ионического моря.

Дорога забиралась все выше и выше, и от головокружения у Нэв стало сводить желудок. Кто же строил эту дорогу, каких трудов стоило доставить строительные материалы на вершину горы? Когда она видела фотографии высокогорных деревень и монастырей, то всегда представляла, как столетия назад все материалы для стройки доставляются на мулах, с трудом взбиравшихся ввысь.

В какой-то момент Нэв закрыла глаза. На дороге не было никаких ограждений, и она вдруг представила, как они срываются в пропасть.

– Мы на месте, – спустя целую вечность наконец-то объявил Томазо, и автомобиль остановился.

Она открыла глаза и перевела дух, потом нерешительно вышла и поблагодарила водителя. Кивнув ей, он пошел доставать ее багаж.

Нэв замерла, а затем почувствовала легкую дрожь, когда увидела дом.

Это был не дом. Замок! Может быть, это сон? Она ущипнула себя за руку.

Нет, не сон.

Во дворе стояли синий «ламборгини», красный «альфа-ромео» и маленький, скромный «фиат».

Нэв последовала за Томазо в сторону массивного округлого портика, низкие каблуки ее туфель стучали по гранитным плитам дорожки, и ей казалось, будто она направлялась в сказку. Несколько рассеянных облаков, казалось, были в пределах досягаемости, лишь стоило протянуть руку, и воздух на такой высоте был чрезвычайно свеж. Пахло хвойными деревьями, росшими повсюду, и солнечные лучи с трудом пробивались сквозь их мохнатые ветки.

Солнце поблескивало в окнах, и Нэв подумала о том, что, может быть, ее работодатель наблюдал за ней через одно из них. Она вдруг почувствовала внутреннюю дрожь. У нее возникло ощущение, что должно случиться что-то неожиданное.

Томазо, не тронув тяжелый железный молоток, нажал зуммер на панели внизу. Итак, в замке, несмотря на средневековый вид, должно быть, много современных устройств. Возможно, это указывало на эксцентричность работодателя.

Она почти ничего о нем не знала. Кто был этот загадочный босс, живший на вершине горы и желавший сохранить в тайне свою личность? Как он мог растить свою племянницу здесь, в изоляции от общества, от других детей?

Сотни вопросов роились в ее голове, но они рассеялись, когда дверная ручка повернулась.

Нэв ожидала увидеть растрепанного, с пышной шевелюрой, полубезумного ученого или изобретателя с дымившейся колбой в руках.