Песнь огня

Застывшая рядом с нами Аэла обхватила себя янтарными крыльями и, вывернув шею, одним зрачком следила за драконом, пролетавшим над нами.

Взмахнув хвостом, Гефира скрылась в полосах тумана.

Бекка разжала ладонь, отпустив мои пальцы. Гарет стряхнул с себя руку матери. Мы поднялись, и взгляд Агги задержался на облаках, в которых исчезли Дело с Джепайрой.

– Бедный мальчик, – пробормотала она. – Они заставят его сделать это.

Я вспомнила, как дрожал голос Гриффа, когда я учила его писать имена его семьи и он попросил добавить еще одно.

Как он старательно выводил имя «Дело Небесная Рыба» в тетради. Я поднялась на ноги, смахивая веточки с колен.

– Я думал, что драконорожденные часто брали любовников из крестьян в свои постели.

– В постели – да. Но не в сердца.

Итак, это было не похоже на поведение прежних повелителей драконов, а больше походило на меня и Ли. Или на ту ситуацию, если бы его отец был жив, а Ли был бы предан своему народу, когда он учился любить меня.

Возвращайся ко мне, сказал Ли.

И я вернусь, как только закончу эту работу.

– По крайней мере, Грифф будет единственным, кого ему придется бросить.

Оруженосцы рассказывали мне, что в последний раз, когда норчианскую наездницу сбросили с дракона, вместе с ней была сброшена и ее семья. Они шепнули мне ее имя: Мабалена. Эта история и их благоговейный ужас были слишком мне знакомы и не добавляли уверенности. Наши земли разделяли многие мили и море, но и здесь, и там, с огнем или без, повелители драконов наказывают семьи одинаково.

Я стала Мабаленой своей деревни.

Поэтому именно я настояла на том, чтобы перевезти Аггу и ее детей сюда, ради их безопасности, пока план не будет завершен.

Поскольку это была моя забота, меня немного удивили следующие слова Агги:

– Я благодарна вам за помощь сегодня. – Дети не слышали ее приглушенный голос за свистом ветра. – Но хочу, чтобы ты знала: когда я услышала, что он встречался с тобой, я плакала.

В ее глазах горел огонь, похожий на огонь в глазах Гриффа, когда она крепко вцепилась в плечо своего сына, осмелившись посмотреть мне в глаза.

Ей потребовалось огромное мужество, чтобы сказать это: «Я вижу, как ее взгляд скользит по моему дракону, а затем возвращается ко мне».

Должно быть, это было похоже на то, как мой отец представил себе подвал, который он мог бы вырыть, и решил рискнуть, и это обрушило драконий огонь на наши головы.

Агга понимала, и я тоже, что я стала такой же авантюрой для Гриффа.

Я стала источником силы.