Песнь огня

Аэла сидела неподвижно, следя за работой Бекки одним прищуренным глазом, слегка подергивая хвостом.

«Ты ей нравишься».

Бекка взглянула снизу вверх на дракона и непонятно было, кому она задала вопрос – Аэле или мне:

– Ты собираешься спасти моего дядю?

Аэла выдохнула небольшую струйку дыма.

– Да, – ответила я.

– Ты собираешься освободить Норчию?

Агга, наблюдающая за происходящим, казалась потрясенной. Аэла опустила морду к протянутой ладошке Бекки, и дрожащие пальцы девочки коснулись ярко сияющей янтарной чешуи между ее ноздрями.

– Я на это надеюсь.

– Я могу помочь, – сказала Бекка.

Я вспомнила, как тянулась за лопатой около маминой могилы и говорила своему отцу те же слова. Теперь я поняла, почему он обнял меня, вместо того чтобы ответить. Я показала свои нарукавные щитки:

– Ты помогла мне. Видишь?

На горизонте, где обрывались низкие облака, забрезжил розоватый свет. Звон колоколов из крепости слабым эхом разносится по воде. Крепостные ворота открывались, шествие вот-вот должно было начаться.

– Да хранят тебя святыни, – произнесла она.

ЛИ

КАЛЛИПОЛИС

В утро первого Народного собрания я проснулся, испытывая тревогу за Энни и судьбу Революции, которую она отправилась разжечь на Новом Питосе. Я не беспокоился о том, что случится сегодня дома, в Каллиполисе. Даже когда сотрудник министерства предупреждает меня о том, что над нами нависла угроза, а именно триархистский заговор с целью вернуть мою семью к власти, я не придал этому значения.

Я не обращал на это внимания до того момента, как Иксион Грозовой Бич, мой кузен, не приземлился рядом со мной в центре Орлиного гнезда на открытии Народного собрания.

Иксион изучил историю Революции так же хорошо, как и я. Он знал, как происходят удачные перевороты и какие провалы случаются. Не тратя времени зря, он сообщил мне, что ворота в драконьи логова заблокированы, высокопоставленные чиновники революционного режима окружены во дворцовой ложе, а Стражники изолированы в Обители.

Затем он предложил народу хлеб Фрейды и приписал эту милость мне.

Мы стояли плечом к плечу в Орлином гнезде, глядя на первое за последнее десятилетие Народное собрание. Над головой в голубом небе, озаренные ярким солнечным светом, кружили голиафан и его принцесса, отбрасывая тень империи на город-государство Каллиполис.

– Вы наблюдали, как революционный режим потерпел неудачу, – обратился Иксион к Народному собранию.