Ярость огня

Дак рассуждал вполне здраво, но был один момент, который сводил все на нет: в прошлом случалось, что он терял голову, когда на него давили или когда он был ранен, а я, что куда важнее, сама выходила из себя, когда он получал травму, да и Кор тоже.

Дак, покраснев, бросил сердитый взгляд на меня, а Лотус обмяк в кресле, скрестив руки на груди. В дальнем конце комнаты Алекса что-то прошептала Дейдра, прикрываясь ладошкой, отчего та захихикала.

На данный момент, когда усталость определяла настроение большей части военных совещаний, капелька легкомыслия – неплохой знак.

Однако этому было радоваться трудно, особенно когда подозреваешь, что это все происходило за твой счет. Меня охватило нетерпение, потому что одно дело – вершить справедливость на площадях Каллиполиса, где распределялось продовольствие, и совсем другое – со стражниками, сражающимися за возможность рискнуть своими жизнями.

Я развела ладони, стоя на трибуне.

– А пока все наездники небесных рыб начнут тренироваться в ожидании возможного участия в разведывательной операции.

Мой взгляд упал на дверь, где я заметила одинокую фигуру, застывшую в дверном проеме.

Ли.

Я не приходила к нему с того самого дня, как пришла в лазарет и застала у него Криссу, постоянно убеждая себя в том, что слишком занята. А теперь, спустя неделю, увидев его на ногах и в форме, я ощутила накатившую на меня неуверенность, которая пригвоздила меня к трибуне. Остальные, заметив мой взгляд, оглянулись через плечо.

Большинство из них впервые увидели его после дуэли.

И прежде чем я успела что-то сказать, Рок вскочил и прижал кулак к груди в революционном приветствии:

– Добро пожаловать, гражданин.

Ли сглотнул. А затем кивнул, вскинув кулак в ответном приветствии.

Один за другим стражники последовали примеру Рока. Пауэр и Дарий остались сидеть на месте, но таких было мало.

– Спасибо вам, – пробормотал Ли, и приветствия сменились аплодисментами.

Стражники окружали его, пока я раздавала графики дежурств в конце собрания. Они хлопали Ли по плечу, приветствуя его, обнимая. Я наблюдала, как он отвечает на проявление их чувств с прежним изумлением, смешанным с неловкостью, на этот раз более неприятной, теперь, когда я неуклюже старалась занять его место. А ведь у него всегда получалось это столь непринужденно.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем все разошлись и мы остались вдвоем.