Ярость огня

Спаркер выпустил когти, а я вскинул для удара копье.

Копье было направлено прямо в подшлемник Иксиона.

Иксион замер. Шлем скрывал его лицо, но я отлично представлял, какое у него сейчас было лицо. Он осознал, что я одолел его. И если бы я захотел, то проделал бы дыру в его подшлемнике.

И это все, что мне было нужно.

Я ослабил вожжи, совсем чуть-чуть, чтобы Спаркер почувствовал, что мы собираемся отступать. Этот момент всегда был самым трудным: и дело даже не в моем поражении, а в том, чтобы убедить Спаркера, что это было необходимо.

Именно в эти моменты я особенно сильно полагался на всплеск эмоций, на наши сплетенные воедино чувства, чтобы Спаркер мог сделать то, что казалось противоречащим его природе.

Спаркер втянул когти. Я убрал пику.

Нитер развернулся к нам, и хотя Спаркеру следовало бы увернуться или наброситься на противника в ответ, мы ничего не предпринимали. Воспользовавшись нашим промедлением, Нитер выстрелил.

Мой щит и огнеупорный костюм окутал пепел, столь горячий, что у меня перехватило дыхание.

Спаркер заскрипел под намордником зубами, силясь выстрелить в ответ, но у него ничего не получилось. Он с рычанием отступил.

Когда облако пепла рассеялось, я посмотрел мимо Иксиона. В серебристом тумане я заметил крылья двух небесных рыбок, возникших из облаков и мелькающих вокруг гигантских рук карстовой колонны Кракена.

Это были не наши небесные рыбы, и они явно наблюдали за рукопашной, а теперь торопились скрыться в тумане.

Шпионы Каллиполиса.

Я уже открыл было рот, чтобы сообщить об этом, но Иксион не дал мне и слова вымолвить:

– Ты всегда будешь никчемным куском деревенского дерьма.

И вот тогда я решил вообще ничего ему не говорить.

7

Чай с Защитником

ЭННИ

В Лицее возобновились занятия зимнего семестра, и стражники должны были продолжить обучение по разным специальностям в ограниченном объеме. Я стала одной из немногих, кто не возражал против этого: я планировала пройти заслуживающий особого внимания курс и с нетерпением ожидала, когда он начнется.

Я в первый день семестра направилась на другую сторону реки, к Ученому Ряду, повязав шарф поверх горла своей мантии, чтобы защититься от пронизывающего ветра. В небе сгущались черные грозовые тучи, и внутренний дворик казался на их фоне абсолютно бесцветным. Сейчас, когда Дак и Крисса улетели, я с трудом сдерживала себя, чтобы не поднимать постоянно голову к небу, надеясь увидеть на горизонте пару возвращающихся небесных рыб.