Научи меня прощать

– Да, есть такое, – киваю и почти до боли прикусываю щеку с внутренней стороны, чтобы не разрыдаться от отчаяния на глазах у всех.

Неловко было признавать тот факт, что я с упорством быка честно строила карьеру в компании, которая однажды взяла меня на свой страх и риск без опыта работы, а сегодня понадобилось не более часа, чтобы все мои усилия пошли коту под хвост.

– Но не переживай, – ободряюще глажу девушку по выпуклому животику, заранее прося у ее малыша прощение. – Я и не с такими трудностями справлялась.

– Но ты ведь одна тянешь семью! И обучение сестры очень дорогое, – София выглядела искренне грустной, в то время как в моей душе сейчас проходило самое настоящее ледовое побоище. – Может нам стоит всем поговорить с новым боссом? Неужели он настолько глуп, что будет понижать должность такому опытному сотруднику, как ты?

– Обо мне не переживайте, и тем более не пытайтесь как-то решить мою проблему. Я со всем справлюсь.

Тяжело вздохнув, девушка возвращается в свой PR отдел, который возглавляла уже несколько лет, а я хотела разрыдаться от несправедливости, которая обрушивалась на меня словно снег с крыши.

Весь день кусая губы, я то и дело бросала тоскливые взгляды на дверь кабинета Демьяна, но мужчина так и не торопился выходить из него. Только личный помощник бегал по компании с его поручениями или же просил меня сделать какую-нибудь мелочь, которую обычно мы возлагали на новичков-стажеров или практикантов.

Похоже, ты уже определился, какое место мне выделишь? Не доверяешь мне?

Так и пролетел весь рабочий день, в течение которого Демьян так и не вышел из своего кабинета, обсуждая что-то со своим личным помощником, на которого повесили большую часть моих дел.

Просиживать рабочее кресло просто так не хотелось, поэтому я решила, что уйти с работы, как и все сотрудники, не задерживаясь как обычно, будет лучшим вариантом. Но не успела я собрать личные вещи, как из кабинета вышел Макар Анатольевич – правая рука Демьяна, и сообщил, что тот ждет меня в кабинете.

Взгляды задержавшихся на работе сотрудников с испугом и интересом были обращены на меня. Ровно, как и мой, потому что испытать на себе гнев Демьяна дважды за день, было мне не под силу.

И снова тот же кабинет и восседавший словно на троне мужчина, который сейчас смотрел на меня исключительно с нотками презрения и раздражения. Клянусь, если бы я умела читать его мысли, где была его личной боксерской грушей, то не стала бы надеяться на что-то большее.