Одиночество среднего возраста

 – невпопад, едва сумел выдавить из себя три слова Аркадий.

– В смысле – как мы познакомились? – Сергей, не первый раз наблюдавший поведение мужчин, которые плавятся, словно парафин, и растекаются лужицей у ног его жены, поспешил прийти на помощь и вывести друга из ступора.

Аркадий повернул голову на знакомый голос и только теперь смог вдохнуть. Нужно вернуться из «идеального шторма» (или видения?), в который вдруг окунулся с головой, обратно в Шереметьево. Погодин вцепился в ручку нагруженной багажом тележки, и, толкая ее перед собой, повел гостей к выходу из аэровокзала.

– Майя – по паспорту гражданка США, родилась в Америке, – хвастливо подчеркнул Серёга. – В семье мигрантов, которые покинули Россию в 80-х. Милые, симпатичные люди, мы несколько раз обедали вместе. По профессии музыканты. Везунчики, им удалось сразу зацепиться и встроиться в новое общество. Мать дает частные уроки музыки, отец собрал небольшой оркестр, играют на семейных торжествах. Но, как неоднократно повторяет с гордостью теща, финансового благополучия они добились с помощью Майи.

Малышкой девочка попала в каталог рекламной фирмы и стала доходной частью семейного бюджета.

– Ооо!.. Надо же.., – по-прежнему немногословно пробубнил Аркадий.

Краем глаза Погодин продолжал изучать жену Сергея, которая шла чуть впереди. Теперь Аркадию представилась возможность по достоинству оценить фигуру женщины. Прямая, как у балерины, спина, длинные ноги. Пропорциональное сложение, этакий образец золотого сечения.

Плюс тщательно подобранный наряд: облегающие джинсы, светлая блузка, легкий, приталенный пиджак. И никакого намека, что женщина провела в самолете долгих восемь часов: на одежде ни единой небрежной складки. Как ей это удалось?

– Мы нашли друг друга в бизнес-школе, – между тем продолжал Глушко историю женитьбы. – Я сразу оценил потенциал Майи.

– Что? – удивленно отреагировал Аркадий: более странного определения романтических отношений он еще не встречал.

Но Сергей не услышал друга: троица, наконец, преодолела автоматические прозрачные двери и очутилась на улице, среди несмолкаемого гула подъезжающих-уезжающих автомобилей и криков подзывающих друг друга пассажиров.

Аркадий направился в дальний угол парковки, где оставил машину. Открыв багажник, мысленно похвалил себя, что догадался предварительно вытащить всё, что там годами возилось-хранилось. Три огромных чемодана, хоть и с трудом, удалось втиснуть в распахнутое нутро.