Таймпорт. Серия «Лестница времени»

Следом включилась аварийная система питания, и умершие дисплеи стали загружаться снова.

Аркадий пришел в себя первым (сработала многолетняя диспетчерская выучка – ЧП может свалиться на голову в любой момент) и, подбежав к столу, набрал личный код. По правому экрану бежали строчки программы, но поверх нее прямо в центре ярко выделялась надпись – «Сбой системы».

На левом мониторе застыла картинка – сквозь открытые двери тайм-лифта валили черные клубы.

– Что, что случилось? – Виктор Николаевич тоже оказался рядом с мониторами и пытался перекричать вой сигнализации.

 – Пожар?

– Огня нет, – Аркадий сосредоточенно продолжал рассматривать на экране кабину. – Только дым.

– А Рита? Рита успела попасть в Коктебель? – взволнованный академик вцепился в локоть главного диспетчера.

– Нет, прыжок не состоялся, видите – кабина вернулась обратно, – Егоров уже успел подняться с пола. – Программа только начала отсчет, – Борис показал на правый дисплей, – как тут же произошел сбой. Возникла аварийная ситуация, входная дверь лифта открылась.

Раз пассажирки в кабине не видно, значит, девушка уже выбралась наружу, за дымом мы ее могли не заметить.

– Но где, где она? – старик нервно перескакивал глазами с одного экрана на другой.

– Вероятнее всего, ваша внучка находится вне зоны покрытия видеокамеры, – догадался Аркадий, – и сейчас очень напугана. Пойдемте, успокоим девушку.

Но раньше старика в коридор выскочил Борис.

Да, повезло, нечего сказать. Первый день на новом месте и – ЧП. О происшествии уже знают все службы таймпорта: система оповещения в экстренных ситуациях автоматически сбрасывает информацию.

И, значит, люди в курсе, что именно в смену диспетчера Егорова вышел из строя VIP-комплекс.

Агрегат, стоящий сумасшедших денег и который до сих пор ни в одном городе не ломался! Да имя Бориса станет нарицательным, «казус Егорова» внесут в учебники отдельной главой.

Раздосадованный диспетчер влетел в лифт и застыл на пороге.

Вблизи кабина выглядела еще более удручающе, чем на дисплее: сверху свешивались, словно спутанные лохмы панка, кабели, напольные плиты вздыбились, под ногами хрустели куски потолочного покрытия.

От дыма запершило в горле, Егоров высунулся в коридор, чтобы глотнуть свежего воздуха.

– Какое-то безумие, – прошептал он, в бессилии схватившись за подбородок. – Ни в одном протоколе нет подобного. Мы на тренажерах отрабатывали разные экстренные ситуации, но ничего похожего.

Добрались до лифта и Кибрик со Стрижевским.