Невеста на одну ночь

По телу Талии пробежала дрожь, руки судорожно стиснули отвороты его халата.

– Милорд, вы пили?

– Немного, для храбрости.

Талия сдавленно охнула, словно Габриэл ударил её.

– Если я так отвратительна, что в трезвом виде ко мне не подступишься, зачем вам это нужно?

Отвратительна? Да она очаровательна!

Габриэл опустил Талию на кровать. При виде её тела на атласном покрывале у него перехватило дыхание. В серебристом лунном свете она казалась каким-то волшебным, сказочным существом. Прекрасной лесной нимфой, случайно очутившейся в Лондоне.

Габриэл снова издал утробное рычание, изнывая от плотского голода.

Разумеется, он не собирался показывать этой женщине, какие чувства она в нём пробуждает. Иначе она получит над ним власть. При одной мысли Габриэл плотно сжал челюсти.

– Затем, что иначе наш распроклятый союз могут объявить недействительным, – мрачно произнёс он. – Что мне делать, если в дом заявится Сайлас Добсон и потребует доказательств, что я и вправду лишил вас девственности?

Талия растерянно нахмурилась:

– Доказательств? Каких доказательств?

И вдруг она залилась краской, поняв, что граф говорит о древней традиции проверять простыни после первой брачной ночи.

– Ах…

Этого проявления трогательной, детской невинности было достаточно, чтобы Габриэл окончательно попал под её чары. Тихонько чертыхнувшись, скинул халат и присоединился к Талии, обхватив рукой её трепещущее тело.

– Целомудренный румянец, – прошептал Габриэл, гладя пальцами её щеку.

Тёмные кудри разметались по голубому покрывалу подобно мягкому шёлку, в лунном свете глаза мерцали, будто настоящие изумруды.

– Уверяю, церковной церемонии отцу вполне достаточно, – задыхаясь, проговорила Талия. Руки её упёрлись Габриэлу в грудь. – Он не станет требовать никаких доказательств.

Габриэл прижался лицом к её шее, вдыхая сладостный аромат. От неё пахло мылом, крахмалом и чистотой – во всех смыслах.

– Думаете, поверю вам на слово? – ответил Габриэл. – Я не такой дурак, чтобы доверять Добсонам.

– Я больше не Добсон.

Габриэл вздрогнул. При обычных обстоятельствах слова Талии рассердили бы его, но сейчас он почувствовал странное… удовлетворение.

Стараясь подавить это ощущение, Габриэл пристально поглядел на неё. Коснулся пальцами дрожащих губ.

– Чтобы стать истинной графиней, недостаточно росписи на листе бумаги.