Невеста на одну ночь

– Тебе бы с такими пафосными речами на сцене выступать.

– Просто…

Но тут Хьюго умолк, заметив лакея в знакомой серебристо-голубой ливрее дома Эшкомбов. Тот остановился напротив Габриэла и протянул хозяину сложенную записку.

– Простите за беспокойство, милорд, – извинился лакей. – Это только что доставили из Девоншира. Посыльный сказал, что дело срочное.

– Благодарю.

Габриэл думал, что появились новости о брате, и никак не ожидал, что экономка будет умолять его как можно скорее приехать в Кэррик-Парк.

А когда дочитал записку до конца, от потрясения кровь в жилах похолодела. Габриэл вскочил так порывисто, что уронил стул.

– Чёрт. Надо ехать.

– Ехать? – Хьюго немедленно последовал примеру друга. – Куда?

– Радуйся, накаркал, – ядовито бросил Габриэл, сам понимая, что просто пытается скрыть свой страх.

Хьюго наморщил лоб.

– В каком смысле?

– Моя жена пропала, – ответил Габриэл и, развернувшись на каблуках, направился к двери.

 – Молись теперь, чтобы она была жива и здорова.

Несмотря на нанесённый войной урон, располагавшийся к югу от Парижа замок всё же сохранил следы былого очарования.

За образующими идеальный квадрат стенами скрывался внутренний двор. По углам стояли две башни старинного вида – видимо, остатки предыдущей постройки, предположила Талия. Из того же материала были выстроены крылья замка. Золотистый камень искрился на солнце. Вдоль одного крыла тянулась крытая терраса, поддерживаемая арочными сводами.

По ней можно было дойти до главного здания, парадное крыльцо которого состояло из двух величественных каменных лестниц. Над огромными окнами виднелись резные каменные карнизы.

Многие из садовых скульптур и мраморных фонтанов были уничтожены во время нападения бунтовщиков, однако внутреннее убранство просторных залов, элегантных салонов и изящных галерей осталось нетронутым. Талия не могла не восхищаться окружающей её утончённой красотой, даже несмотря на то, что была пленницей в этом замке.

Да и кто бы остался равнодушным при виде бесценных картин и скульптур, гигантских гобеленов, мозаичных паркетных полов и великолепных фресок, украшавших высокие потолки?

Стоя в одной из длинных галерей, Талия прислонилась к одной из покрытых канелюрами колонн возле высокого сводчатого окна и устремила взгляд вдаль, на дорогу.