Казни Дьявольского Акра

Нам тоже есть куда расти, потому-то мы и приехали поднабраться опыта. Но мы, по крайней мере, можем сами принимать решения в своих петлях.

– Ваши петли – это порочный круг преступности и насилия! – заявил Миллард. – Ваша так называемая свобода – лишь иллюзия.

– Зато нам никто не говорит каждый вечер: «Пора по кроваткам!» – хохотнул Песья Морда. – А вы всего-навсего избалованные, инфантильные…

– Мы не для того приехали, чтобы с вами ссориться, – перебил Крах.

– Говори за себя, – буркнул Песья Морда.

– Вы что, не можете вести себя прилично? – не выдержала Клэр.

 – Мы, конечно, понимаем, что жизнь у вас не сахар, но…

Ухмылка на лице Песьей Морды растаяла.

– Когда выглядишь так, как я или мои Неприкасаемые, о легкой жизни можно забыть. Это милые маленькие девочки вроде тебя могут себе позволить роскошь «вести себя прилично», – проговорил он с невыразимым презрением, – но мне повезло меньше. Поэтому я – человек дела. И делаю все, чтобы выжить. Меня называют позором странного мира. Мохнатым тараканом.

Да. Ну и что с того? Этот таракан будет крепко стоять на земле, когда все кругом рассыплется в прах. – Он отвернулся и двинулся прочь, но вдруг словно вспомнил что-то важное. – Ах да! Насчет того, что мы, дескать, вынуждены воровать, чтобы не умереть с голоду… Тут вы крупно заблуждаетесь. Лично я ворую из любви к искусству.

Он разжал кулак и покачал подвешенным на палец медальоном на серебряной цепочке.

– Эй! – воскликнула Оливия. – Это мое!

Песья Морда усмехнулся, уронил медальон ей на колени и ушел, прихватив с собой Анджелику и Краха.

– Чрезвычайно неприятные люди, – промолвил Гораций и помахал рукой перед носом, будто прогоняя вонь.

– И до чего нахальные! – подхватила Эмма. – Если бы не имбрины, они бы в своей Америке уже все друг друга поубивали из-за каких-нибудь заплесневелых обид.

– Да ладно, ну их! – сказал Енох. – Смотрите, похоже, начинается!

И действительно, внизу открылась дверца, ведущая на сцену.

Толпа затихла при виде девяти имбрин, шествовавших торжественной колонной.

Первой шла мисс Сапсан, и сейчас она выглядела даже серьезнее, чем обычно. За ней следовала мисс Кукушка; ее золотой брючный костюм и волосы, сверкавшие серебром, живо напомнили мне Дэвида Боуи. Белое платье и белые перчатки мисс Бабакс тоже казались слишком смелым выбором – по крайней мере, для этой петли, где все заросло грязью. Мисс Черный Дрозд держала третий глаз открытым, оглядывая зал на предмет возможных опасностей.