Связанные любовью

Герцог скривил губы в безрадостной ухмылке.

– Ах да, подносы.

– Что такое? Есть какие-то трудности?

– Уже нет. Я сказал кухарке, чтобы не беспокоилась насчет подносов и что вы будете обедать с нами в столовой.

– Вы со всеми гостями так обходитесь?

Он провел пальцем по ее губам. Она нахмурилась и отстранилась.

– Только с теми, которые упрямятся и ведут себя безрассудно.

Софья глубоко вдохнула и опустила глаза. Его темные мужские чары действовали безотказно. Она просто не могла сопротивляться им.

– Я всего лишь хочу провести спокойный вечер. Что же в этом безрассудного?

– Я желаю, чтобы сегодня вы провели вечер в моей компании. – Очертив рот, палец проследовал вверх по скуле.

– А поскольку вы герцог и хозяин Мидоуленда, то всегда получаете свое?

Теперь он улыбнулся уже по-настоящему.

– Я всегда получаю то, чего желаю, потому что не приемлю ничего другого.

Она облизнула губы и тут же пожалела об этом, заметив, как полыхнули желанием темные глаза под сдвинутыми бровями.

И ее собственное бедное сердечко шевельнулось в ответ.

– Вы не можете принудить меня спуститься к обеду.

– Вообще-то могу, – насмешливо возразил он. – Но если вы все же предпочтете обедать у себя в комнате, я просто приду к вам.

– Да вы совсем потеряли рассудок! Вам нельзя…

– Почему это?

– Потому что… это неприлично. Будет скандал.

– Скандал коснется только вас, а я герцог. Меня здесь давно знают и уважают, и запачкать мою репутацию очень трудно. – Он помолчал.

Взгляд его, скользнув вниз, медленно прогулялся по шелковому, цвета янтаря платью и остановился на серебристой нижней юбке. Потом он нахмурился и, подняв руку, потянул за край шали, которой она укутала плечи. – А я и забыл, как вы любите тепло. Скажу служанке, чтобы разожгла камин, пока мы будем обедать.

Софья стиснула зубы.

– Только не притворяйтесь заботливым.

– Но мне действительно не все равно, как вы устроились в Мидоуленде. – Герцог положил руку ей на шею, погладил большим пальцем пульсирующую жилку у горла.

 – Я намерен сделать все возможное, чтобы угодить вам, чтобы вы не испытывали никаких неудобств.

– Просто оставьте меня в покое.

– Вы и впрямь этого хотите? – Он поймал ее взгляд. – Покоя?

– Да, – прошептала она, пытаясь обмануть и его, и себя.

Ни тот ни другая не поверили. Герцог прищурился:

– Лгунья.

– Почему вы так говорите? Что вы знаете обо мне?

– Слишком мало. Но намерен узнать больше.