Связанные любовью

– А вы уверены, что этот Бабевич не действует в одиночку?

– Бабевич – жалкий трус, способный сжульничать за карточным столом или вытащить чужой кошелек, но шантажировать такую женщину, как княгиня Мария… Нет, разработать и осуществить такой план ему недостало бы ни ума, ни смелости. – Геррик пожал плечами и по привычке огляделся. От его внимания не ускользало ничто, ни одна мелочь. – Кроме того, я порылся в его прошлом и выяснил, что он никогда не бывал за пределами Петербурга.

Грегор кивнул. Солдат знал, что Бабевич шантажирует княгиню, но ничего сверх этого.

– Я докладывал обо всех, с кем Бабевич встречается.

– Знаю, Грегор, но держать человека под постоянным наблюдением трудно и… – Геррик замолчал, вцепившись взглядом в высокого представительного господина, только что вышедшего из расположенной по соседству с борделем кофейни. – А вот это неожиданно.

– Что?

– Сэр Чарльз Ричардс.

– Англичанин?

– Да. И близкий друг князя Михаила.

Грегор подобрался, расслышав в голосе хозяина нотку тревоги.

– Что-то не так?

Геррик ответил не сразу. Он давно научился полагаться на чутье и сейчас прислушивался к тому, что оно говорило.

– Интересно, почему джентльмен, часто бывающий во дворце, посещает кофейню, более подходящую какому-нибудь буржуа.

Грегор нахмурился.

– Может, захотел освежиться после визита к Ивонне?

– Может быть.

– Вы, похоже, не очень в этом уверены.

Группа молодых людей прошла мимо и повернула к заведению Ивонны, и Геррик из предосторожности понизил голос. Глупцы. Им еще повезет, если выберутся отсюда целыми и невредимыми. Без надежной вооруженной охраны по темным переулкам Петербурга бродят только дураки да разбойники.

– Когда князь только познакомился с Ричардсом, я через своих знакомых в Англии навел о нем справки, – признался он, не спуская глаз с англичанина, который уже направился к поджидавшей его карете.

– И вас что-то встревожило?

Геррик сложил руки на груди.

– Большинство знающих его сходятся в том, что он именно тот, за кого себя выдает: небогатый баронет, пользуется успехом в свете, уважаемый член парламента.

– И с какой бы стати такому джентльмену бросать дом и карьеру и перебираться в чужую страну?

– Вот и я задал себе такой же вопрос.