Вспомнить всё

Она представила, что осталась одна, и это жутко её напугало. Она посмотрела на тётю, чтобы убедиться, что это всего лишь дурная мысль.

– Пошли, я провожу тебя до её палаты. Только осторожней, ты же знаешь, что у неё посттравматическое стрессовое расстройство. Она, пока что, не готова выйти в социум. И ещё, старайся не говорить с ней о прошлом. Она мало что помнит, ведь эпизодическая амнезия – это один из симптомов ПТСР. Это означает, что она почти ничего не помнит о том событии,– пояснила тётя. Они остановились у палаты с номером «тридцать пять».

Табличка висела неровно, и казалось, что вот-вот упадёт. Рядом с дверью находилась вывеска, где было написано: «Фелисити Макгонагалл, 26 лет. Посттравматическое стрессовое расстройство, переходящее в шизофрению. Состояние: приемлимое».

Хайди заострила своё внимание на последнем слове. Что оно значило? Слишком неконкретное для такого заведения. Девушка до сих пор удивлялась, что Фел выписали, ведь диагноз очень серьёзный, но, как ей сказали по телефону, она готова для жизни вне этого помещения.

Хайди была рада, что вновь сможет увидеть подругу и теперь будет рядом с ней, ведь за всё время, что она лежала здесь, к ней пускали лишь родителей (когда они были ещё живы). Хайди пустили один раз, когда ей было ещё двадцать, но Фелисити слишком бурно отреагировала и забилась в угол, грозясь, что выткнет сама себе глаза, если они её не уберут. Скорее всего, подруга напоминала ей о прошлом.

Тётя открыла дверь и перед глазами девушки предстала фигура близкого ей человека.

– Хайди, – заикаясь, проговорила девушка. Её было не узнать. Синяки под глазами, сухая кожа, глаза, полные печали – всё это пугало. Её каштановые волосы были коротко подстрижены, а на теле свисала какая-то тряпка, называемая больничным платьем.

– Фел, – прошептала девушка и обняла подругу. Это объятие было каким-то неловким, но принесло облегчение обоим. – Я скучала, – на глазах Хайди выступили слёзы. Она протянула пакет, который немного порвался по дороге.

В нём были вещи для Фелисити, ведь она не могла идти домой в таком виде. Подруга взяла одежду и переоделась. Никто не проронил ни слова.

– Позаботься о ней, – прошептала Марта и вышла из палаты.

– За два года ты не изменилась, – сказала Фел странным голосом, будто уже давно не разговаривала ни с кем.

– Два года? – удивилась Хайди, ведь прошло целых девять лет, но она вспомнила о словах тёти об амнезии и прикусила губу.