Ключевая фраза

Я хохотала и точно знала, что завтра будет так же весело, когда он начнет петь про «Коныка бэз ногы»…

Лиза замолчала. Она смотрела в стену и ее глаза наполнились слезами. Опустила голову, обхватила ее руками. Плечи задрожали, в такт им задрожали полоски известного спортивного бренда на груди. Почему-то Артем смотрел именно на него. Выработанная годами привычка прятаться от чужих эмоций, смотреть в какую-то независимую от них точку. Так ты не принимаешь столько боли на себя. Он отвинтил пластиковую голову стоявшей на столе бутылке с водой, принесенной с воли, протянул плачущей Елизавете.

– Лиза, выпейте воды, – произнес Артем как можно мягче. – Выпейте, выпейте… Пожалуйста…

– Да… да… – вытирая глаза рукавом потертой спортивной кофты, сказала Вульф. – Я сейчас успокоюсь… Извините…

Артем отметил, что соленый удар слез Лизы принимал на себя рукав, за месяцы заточения изменивший цвет на черный. У Игнатьева, припомнил адвокат, пятно на брюках, куда он складирует редкие мужские слезы. Возможно, производители спортивных костюмов не знают, что по всему миру их продукцию носят временно заключенные под стражу люди.

Знали бы, озаботились специальными впитывающими влагу вставками из современных фибротканей в тех местах, куда плачут мужчины и женщины.

– Лиза, скажите, ваша жизнь с Федором, она ведь начиналась хорошо? Какой он вообще? Вы, я так понял, искали в нем того человека, о котором только что мне рассказали, – своего деда…

Лиза встала. Она прошла по комнате из угла в угол и остановилась у двери.

Повернувшись, она, видимо, собралась с духом и начала говорить:

– Он просто сказал тогда: если хочешь, живи у меня. Я ж когда в Москву приехала, у меня никого тут не было из знакомых. Отец тут где-то, но его адреса я не знала, да и нужна я ему? У него своя жизнь, своя семья, наверное…

В общем, я выхожу на вокзале и не понимаю, куда идти, в какую сторону. Просто стою. В одной руке сумка, в другой визитка этого Павла…

Ну, который ваш друг оказался, что вас-то попросил мной заняться…

Каховский кивнул.

Именно его школьный друг Павел действительно позвонил ему как-то и попросил помочь «девчонке, попавшей в беду».

– Ну, мы с ним только говорили дорогой, пока ехали, он мне визитку-то дал… Я думаю: зачем? Думаю, позвонить ему, пока далеко не уехал с вокзала, ведь куда мне действительно идти? Я тут никого не знаю, этот хоть и первый встречный, но мы хотя бы знакомы. Да, в общем, для меня в Москве в тот день все были первыми встречными.