Имбирные человечки

– А у нее ты спрашивал почему?

– Да, она сказала, что ты невыносимый мальчишка, который постоянно ей перечит.

– Конечно. Что она еще могла сказать.

– Но ведь вы мать с сыном. Извини меня за бестактность, но ты вышел из нее.

– И ты меня извини, но нет, пап. Я вышел из тебя, а попал в нее, если бы ты нашел другую…

– Дуэйн!

– Я знаю, она моя мать, но…

– Что? Вы должны любить друг друга, а не раздражать.

– Я люблю ее. Люблю, как женщину, что подарила мне жизнь.

– Нет, Дуэйн, за это не любят, за это благодарят.

Хотя, наверное, не всех родителей надо благодарить за жизнь, что тебе дали. Если ты родился в семье тиранов и постоянно думаешь о смерти, то вряд ли ты скажешь за это спасибо. Но ведь у тебя хорошая жизнь, разве нет? Разве за то, что ты можешь быть счастливым нельзя благодарить мать? Ведь она тебе это счастье позволила, когда решила тебя оставить. Еще одна бестактность, что-то типа, спасибо, что в свое время не вытрали меня салфеткой, – после этой фразы отца Дуэйн улыбнулся.  – Ты не можешь любить ее за это.

– Тогда за что я должен ее любить?

– А за что любят матерей?

– Не знаю, ты мне скажи.

Клаудий призадумался.

– За то, что они есть. За то, что дарят свою любовь, ласку, заботу. За то, что дуют на ранку, когда больно. За то, что внимательно слушают наши проблемы и дают советы. За то, что к ней можно прийти в пять часов утра и лечь рядом. За то, что она разрешает завести кота, хоть у нее на шерсть аллергия.

– Ты описываешь бабушку, свою маму и то, за что ты ее любил.

Наша Маргарет не такая, она ни за что не оставит сад, зная, что у меня на него аллергия. Она могла бы избавиться хотя бы от части всего изобилия растений.

– Нельзя винить ее.

– Меня тоже.

– Я не виню тебя, и ее я не виню. Я просто хочу, что бы вы перестали так часто ругаться.

– Это зависит не только от меня.

– С ней я уже поговорил.

Дуэйн вспомнил, каким взглядом она смотрела на него, когда он проходил мимо. Видимо ему все же придется одному работать над их с матерью отношениями.

– Хорошо, пап, я постараюсь.

– Уж постарайся, – улыбнулся Клаудий.

Этот день с самого утра был тяжелым. Большую часть Дуэйн с отцом провели в магазинах и за сборами мебели. Вечером, сидя в гостиной, они собрали два дивана и один стол. Маргарет в это время была в саду. После того, как все дела на этот день были закончены, Дуэйн принял душ, пожелал спокойной ночи родителям и пошел в свою комнату.