Варвары ледяной планеты

Глаза ее белые, тусклые, значит внутри нее нет кхуйи, а если и есть, то оно мертво. С ней нужно будет обращаться как с ребенком. Быстро развожу огонь и жду, пока она согреется. Любопытство берет верх, и я изучаю ее. Я говорю себе, что это только для того, чтобы узнать, не ранена ли она, но мой разум в этот момент звенит от любопытства, а мое внутреннее существо вибрирует в груди песней, которая становится все громче с каждым моментом.

Она заставляет меня резонировать. Она моя.

Провожу рукой по ее рукам и ногам.

На ней какая-то одежда, от которой веет старыми, горькими воспоминаниями. Я хочу сорвать ее, но если это существо беспомощно как котенок, то одежда ему понадобится. Мне требуется время, чтобы найти застежки и расстегнуть их, обнажая плоть.

Она гладкая, не то что са-кхуйи. Ее плоть почти полностью лишена волос, за исключением длинных ниспадающих локонов на голове и небольшого пучка между ногами, который появляется, когда я стягиваю с нее штаны. Я фыркаю от удовольствия при виде этого маленького пучка.

Восхитительно, очаровательно и бессмысленно!

У нее нет бугорков под кожей, обозначающих мускулы, и я испытываю невероятное чувство, когда смотрю на ее тело, нежное и слабое. Возможно, она была больна, и именно поэтому ее кхуйи исчезло. Провожу пальцами по ее странному лицу, оно тоже гладкое, лоб ровный, на ней нет гребней, она вся гладкая и нежная.

Как такая слабая, как она, нашла дорогу к дальним охотничьим угодьям? Это такая же загадка, как и тот факт, что она заставляет внутреннее существо вибрировать в моей груди, оно просто гудит от призыва.

Потребность в спаривании пронзает мое тело, когда ее мягкие округлые бедра раздвигаются, и ее запах наполняет мои ноздри.

Стон вырывается из груди, член мой становится твердым, гребешки на нем набухают.

Я зарываюсь лицом между ее ног, чтобы попробовать ее на вкус.

Джорджи

Я почти уверена, что сплю.

Возможно, все это дурной сон, и я просто застряла на какое-то время в плохой его части, а теперь добралась до приятной.

Я почти уверена, что обнажена и кто-то лижет меня между ног так, как будто завтра не наступит никогда. Из груди вырывается тихий стон. Это гораздо приятнее, чем все то дерьмо с космическим кораблем.

Что-то скользкое и ребристое движется вверх-вниз по моей киске, чей-то рот, язык. Он проникает в каждый укромный уголок, и это так приятно. Вспышка боли пронзает мое запястье, но она быстро тонет в новой порции удовольствия.